— Вы же помните, что должны забыть все, что здесь произойдет? – уточнил Морвил.

Я ощутила, как лекарь коснулся моей руки и уверенно принялся поднимать рукав, обнажая запястье. Неужели будет резать?

— Милорд, я не просто так работаю при дворе, — последовал ответ и мою руку оставили в покое. Не сомневаюсь, что теперь Трейсон занялся леди Пембелтон. – Мы с вами подписали договор. Когда я покину этот дом и, прежде чем сяду в экипаж, который вернет меня во дворец, я выпью зелье забвения, и забуду час своей жизни, что проведу в вашем гостеприимном доме.

— Вот и славно, — кивнул Джарвис.

— Мисс, сейчас вы почувствуете, как ваша рука немного онемеет, — обратился ко мне Трейсон, и я открыла глаза, увидев склоненное лицо лекаря. – Боли не будет, обещаю.

— Хорошо, — ответила и, повернув голову, посмотрела на Эдит. Девушка продолжала лежать неподвижно. Бледность ее лица могла спорить с цветом зимнего снега и мне стало искренне жаль сводную сестру.

Но вот обещанное онемение коснулось кожи. Я шевельнула пальцами и внезапно поняла, что не чувствую их. Бросив быстрый взгляд на лицо Джарвиса, встретила его ответный. Он снова смотрел задумчиво, и я вдруг поняла, как было бы хорошо, если бы мы встретились в других обстоятельствах. А еще в тот миг я совсем немного, самую капельку, захотела стать настоящей леди Эдит. Даже представила себе, как было бы славно, если бы я родилась в законном браке. Но, увы, прошлое не изменить. И как бы мне ни нравился Джарвис, в договоре черным по белому обозначен пункт о запрете на романтические чувства с моей стороны.

У Морвила есть Эдит и скоро она займет свое место рядом с ним.

— Вы что—то чувствуете? – спросил Трейсон.

Я посмотрела в сторону Эдит и увидела свою руку и колдовавшего над ней лекаря. Он сделал тонкий надрез на моей коже, но боли не было. Кровь же, вместо того чтобы брызнуть из вены, вдруг поднялась вверх тоненькой алой струйкой. Трейсон сделал разрез на руке леди Пембелтон и ее кровь тоже медленно потянулась наверх.

— Вам больно? – прервав на секунду магическое действие, спросил Трейсон, но я отрицательно покачала головой, словно завороженная следя за тем, как моя кровь разбивается на капли, а затем они соединяются с каплями крови Эдит и перетекают в руку девушки.

Прошла секунда, другая, десять… Я удивленно моргнула, увидев, что щеки леди Пембелтон стали розоветь.

— У вас получилось? – с тревогой и надеждой спросил Джарвис.

Трейсон отступил назад, неотрывно следя за передачей крови.

— Надеюсь, — ответил он.

Лицо Эдит менялось, оживая. Прежде белая, цвета полотна, кожа, налилась живыми красками. Даже ее волосы, как мне показалось, будто заблестели. Она сделала глубокий вдох. Грудь ее поднялась, но тут же опала вниз. Девушка стала дышать глубже и спокойнее.