— Не догадываешься?

Лейтенант покачал головой.

— Представь, что тебя арестовали и посадили в камеру. Вдруг — война, тюрьму разбомбили. Ты выбираешься на волю. Что делать? Документов нет, обратно не хочется…

— Вы полагаете?..

— Скорее всего. Если принять эту версию, все становится на места. Форму и документы взяли у убитых — война, разбираться некогда. Волков, скорее всего, действительно танкист, причем, из командиров, а вот Паляниця — вряд ли. Потому Волков и верховодит. Ты совершенно прав: они не агенты. Те не стали бы звать друг друга настоящими именами, держались бы легенды. Теперь предположим, что догадка верна, Волков с Паляницей находились в заключении. Наши действия?

— Арестовать их не получится.

— А нужно ли?

Багренцов глянул удивленно.

— Эти двое не побежали к немцам, как некоторые, а взяли оружие и стали воевать. Если имелась у них вина перед советской властью, то они ее искупили. Или искупят. Волков и Паляница — советские люди, вот и пусть воюют, приносят пользу стране. Как их использовать? Постой… Мы вот ломаем голову, как забросить людей в тыл врага, а здесь готовый отряд. Вооруженный, боевой, даже танк есть!

— Будем подчинять армейских?

— Их дивизия разбита и расформирована. Все равно куда-нибудь вольют. Почему не к нам?

— Отличное предложение, товарищ капитан. Вот только… Вдруг не согласятся? Окруженцы стремятся к линии фронта.

Капитан удивленно посмотрел на подчиненного:

— Согласятся — не согласятся… Мы с вами, товарищ лейтенант, не на праздник урожая их приглашаем. Задача каждого в это нелегкое время — служить там, где он будет полезен больше всего.

— А если упрутся?

— Приказом дадим Волкову петлицы лейтенанта госбезопасности, Палянице — младшего.

— Заключенным? — изумился лейтенант.

— Во-первых, мы не знаем, заключенные ли они? Может, друзья детства и привыкли звать друг друга такими именами? Во-вторых, звание присвоят не бывшим зэкам, а Волкову и Палянице. По ним у нас нет ничего?

— Все чисто.

— Вот!

— Наркомат не поддержат.

Капитан похлопал лейтенанта по плечу:

— Москва и черту звание присвоит — лишь бы немцев бил! Лично напишу Цанаве!

Багренцов все еще сомневался:

— Достойны ли?

Начальник ухмыльнулся:

— Вот и проверишь! Полетишь за документами и на месте разберешься.

— Есть! — вытянулся Багренцов.

— Не надо, Ваня! — поморщился капитан. — Не в строю. Отвезешь им боеприпасы, как просит Попова, а ей — обмундирование. В платье среди мужчин неудобно, в форме и уважения больше. Обратным рейсом доставишь раненого — все равно пустым лететь. Захвати петлицы для Волкова и Паляницы. А вот вручать их или нет — решишь на месте.