— Ты замечательная девушка! Ты лучше всех! А теперь будь паинькой и слушайся докторов.

«И держись подальше полудурков безбашенных! — добавил мысленно. — Нет, она, конечно же, супер. В нашем времени о такой только мечтать. Там бы я ее не упустил. На руках бы носил… И не думай! — спохватился я. — Здесь война, и длиться ей четыре года. Нам не уцелеть, по крайней мере, мне. Пусть хоть она…»

Люба закрыла глаза и подставила губы. Осторожно коснулся их своими, затем чмокнул в щеки. Прильнула, я погладил спинку, слушая телом нежный трепет. По спине пошла теплая волна, захотелось сжать ее со всех сил и никуда не отпускать…

Она вздохнула и отстранилась.

— Вот! — вытянула из нагрудного кармана листок. — Это адрес мамы. Как появится возможность, напиши! Она сообщит мне адрес твоей полевой почты, и я отвечу. Хорошо?

Нет, ну ведь умница! Все продумала! Кивнул и взял листок.

— Побудешь со мной?

Присели под сосной. Плечи соприкасались, ее здоровая рука лежала в моей. Молчали. Думали… Какое кому дело, чем я терзал свою голову в тот момент⁈ Мне было хорошо.

Все закончилось быстро. Прибежал посыльный: война не хотела отпускать своих пешек. Предстояло уточнить детали завтрашней операции — с командирами на линии. Чмокнул Любу в горячие губы — у нее начинался жар, встал и ушел. Не оглядываясь…

Остаток дня прошел в хлопотах. Следовало подготовить к бою танк: проверить работу механизмов, загрузить боеприпасы, «поиграть» с трофейными рациями. Сам разобрался в них быстро, но местного связиста следовало научить. Заодно проверить качество связи. Немецкое превосходство в этой отрасли было налицо; я только вздохнул, вспомнив, что подобных раций Красной Армии еще долго не видать. Коля с Ильей помогали. Готовились и Горовцов с уцелевшими бойцами. Прослышав, что их забирают в пехоту, пулеметчик пришел с флягой трофейного шнапса и одной просьбой: не отдавайте! Расставаться не хотелось и мне: привык к мужикам. Охранение моему отдельному танковому взводу требуется, и всегда лучше, когда с тобой свои, привыкшие к танку люди. Попросил за Алексея — не отказали. Горовцов сдал немецкий «МГ» — патроны к нему кончились, и обзавелся Дегтяревым. Весь вечер он с бойцами чистил новое оружие, выбивал и распределял боеприпасы и продукты.

Илья выглядел смуро: переживал разлуку с Алей. Понять нетрудно: в нашем времени такую бабу поискать! Красивая, работящая, преданная… Уезжал студент мокрый от слез. Алиных, конечно, не своих. Да и меня сегодня окропили. Вот ведь жизнь! Как мирное время, так бабы поганые, а как встретишь хороших, тут тебе и война! Не понос, так золотуха…