«И немудрено. Я сама этого пять минут назад не знала» , — подумала я, а после с радостью согласилась составить гранд-мастеру компанию, проводить, показать, а также прислушаться к советам опытного дегустатора и, возможно, что-то купить.
Распрощались мы с Маффиром весьма радушно, и, глядя ему вслед, вдруг пришла мысль: если Грот — мой несостоявшийся убийца, то получится, что вино выведет на чистую воду того, на ком вина.
Едва этот не слишком красивый каламбур сложился, как заклинание самопостроения, которое все время нашей беседы медленно, но верно проектировало конструкцию векторов, закончило свою работу. Я смотрела на это огромное множество линий, друг за другом уходивших спиралью, которая, создавая гигантский круг, закольцовывалась. При этом каждая из линий ровно попадала в свое начало. Красота. Нереальная, иррациональная и завораживающая своей точностью.
Вот только если в моей артефакторской работе оказалось все ясно, то со шпионской — покрыто мраком. Потому как хоть ловушки и были расставлены, но кто попадет в одну из них — большой вопрос. Я бы даже сказала, что сейчас он главный в жизни. Но если ответ на него будет неверным, то оный окажется для меня и смертельным.
Путь до дома много времени не занял. Пока ехала в общественном вагончике, казалось, что лошади стучали по мостовой копытами слишком медленно, прохожие ползли по улицам, как сонные мухи, да и все вокруг двигалось, будто в капле свежей смолы — растянуто, неторопливо. А внутри меня в это время словно горел запальный шнур. И горел так быстро, что казалось, вот-вот пламя сожжет всю промасленную нить, доберется до запала и… рванет! Все вокруг или я сама — уже не суть важно. Главное, будет что-то яркое, зажигательное и слегка убийственное. Под конец пути, когда почти бежала к дому, нервно оглядываясь, вдруг подумала, что именно так люди порой несутся от своего прошлого к будущему, на которое возлагают самые-самые большие надежды. А у меня они были, и ого-го, какие! На жизнь, желательно долгую и счастливую. И она у меня случится обязательно. Ведь сегодня все решится. Сегодня мы найдем убийцу. И после… Что будет потом?
Вдруг я споткнулась. И не о булыжник, а о собственный вопрос. Потому что в этот момент четко осознала: с поимкой преступника закончится и Вирсент моей жизни. С одной стороны, хорошо — это значит, все станет как прежде: спокойно, уверенно, размеренно. С другой… Да, этот обманщик использовал меня и продолжает использовать, заставив поверить, что я ему не безразлична. И из-за этой игры… Сначала оказалось, потом показалось, после все запуталось, и в итоге я потерялась и растерялась. Ибо не знала, чего сама хочу.