Ирен, без паники! Это не твой последний день в магомеханике!
Сжала пальцы так, что ногти врезались в кожу, оставляя лунки-полумесяцы. Боль отрезвила, загнав страх обратно в самый темный угол сознания. А я же стала заглядывать в цех за цехом, и спустя полчаса Бруковски-таки обнаружился.
Он стоял у одного из верстаков, крутя в руках болванку импульсного ротора, что-то бормоча под нос и сверяя данные энергетической матрицы, встроенной в деталь, с записями расчетов.
— Вот ты где! — излишне радостно и громко выпалила я.
Мой голос прозвучал в пустой мастерской так резко и слегка кровожадно, что Стефан вздрогнул, взмахнул руками, выронил болванку. Та упала на пол с лязгающим звуком, а сам артефактор, выпучив на меня глаза, словно я была призраком, выдохнул:
— Ирсен! Меня чуть не догнал сердечный приступ!
— Но ты ведь оказался шустрее и смог от него удрать? — уточнила я, виновато улыбнувшись испуганному приятелю.
— Но за тобой мне все равно не угнаться. Ты чего здесь, а не на больничном? — Круглые очки Бруковски съехали на кончик его носа, а губы сложились в немое «О».
— Работа сама себя не поработает? — фыркнула я, поднимая болванку. — Да и на восстановление мне дали всего три дня.
— Вместе с выходным? — уточнил кучерявый.
— Угу, вместе с ними.
— М-да… щедрость и забота шефа не знают границ и жалости к законам логики и целительства, — проворчал Стефан и огорченно протянул: — Знал бы, что ты сегодня выйдешь — захватил бы еще один бутерброд…
Вот кто о чем, а приятель о еде.
Только сегодня мне от Бруковски нужна была пища не телесная, а для размышлений и подозрений.
Глава 6
— Хотя… Мне Марта сегодня же запеченные сырные шарики с брокколи с собой дала. Я могу тебе их отдать, а сам — овощи… — пошел на немыслимую для себя жертву Бруковски. Чтобы он — да предпочел капусту вкусным масляным колобкам в кляре? Это было почти геройством со стороны артефактора.
Между тем Стефан поджал губы и принял такой решительный вид, что я поняла: в случае отказа от этой добровольной жертвы мне причинят добро насильно и в особо заботливой форме.
Так что я лишь улыбнулась и не стала отказываться.
— Спасибо, буду очень признательна.
Челюсти мага начали медленно расслабляться.
— Ну вот. Тебе сейчас хорошо питаться надо, — выдохнул он. — И поправляться.
— Знаешь, говорить девушке, что ей нужно поправиться — столь же опасно, как и намекать, что ей нужно похудеть. Ходишь по краю…
— Главное, чтобы этот край был не краем могилы, а остальное я переживу, — хохотнул этот бесстрашный. — Хотя если у тебя есть толковый знакомый некромант, то мне и это нипочем.