– Спасибо, старлей.
Заезжаю домой за бутылкой коньяка и еду в больницу. На часах десять вечера, время детское. Поднимаюсь на свой этаж.
– Отцу моему скажите, что я вернулся, – отдаю распоряжение постовой сестричке.
– Хорошо, – с готовностью кивает хорошенькая брюнетка лет тридцати. Хватается за телефон, но, судя по её шёпоту, разговаривает явно не с моим папашей.
Ухмыляюсь и вхожу в палату. Готов поспорить на что угодно, что сейчас нарисуется крошка Ди. Она приходит вместе с отцом. Глаза её радостно блестят. Ишь, разлакомилась.
– Диана, заберите, пожалуйста, вещи Артура Викторовича, – отец усаживается на стул и с интересом наблюдает за мной.
Переодеваюсь, точно Дианы нет в комнате, и, бросив одежду на кровать, наливаю полстакана коньяка.
– Будешь? – подвигаю выпивку к отцу.
– Поддержу. Диана, – он останавливает её с моими вещами у дверей, – принесите нам ещё стакан.
– Не надо, я так, – сажусь на кровать и отпиваю коньяка из горла. – И дайте нам поговорить.
Диана, понурив голову, скрывается за дверью.
– Как съездил? – отец делает пару глотков.
– Тебе привет от крестничка, – натягиваю пижамные штаны.
– От какого? – хмурится отец.
– От Алекса. Я херею! Ты ему Гелю чуть ли не на блюдечке с голубой каёмочкой отдал? Можно подумать, он твой сын, а не я.
– Вот ты о чём! – вздыхает отец и, опираясь локтем на стол, закрывает ладонью лицо. – Артур, мне сложно тебе это объяснить… Но меня, ещё когда вся эта каша заварилась, попросила за Алексея твоя мать. Она так редко снится мне, а тогда точно специально с того света вернулась.
– Я не понял. Ты бухой, что ли?
– Не забывайся.
– Что значит «не забывайся»? Почему из-за своих косяков ты пускаешь мою жизнь под откос?
– Не пускаю, – пожимает плечами отец. – Ну не твоя эта баба, пойми ты наконец! Ты видел её?
– Видел, – отхлёбываю из горла. Коньяк обжигает глотку. – Одно желание теперь – нажраться.
– Что видел-то?
– То же, что и ты. Идеальную семью.
– Во! – отец поднимает палец. – В самую точку.
– Алекс пригласил меня домой. Пацаны к нему так и льнут. Но Глебка узнал меня. Вот, говорит, папа, мой тренер, Артур Викторович. А Геля своего урку аж грудью закрыла. Думала, я убивать приехал, что ли?
– Да. Ты её конкретно напугал.
– В общем, она меня послала.
– За что боролся, как говорится, на то и напоролся.
– Но ведь Алекс ею манипулирует! Не слепой же я. Когда мы вместе с Гелей были, надышаться друг другом не могли.
– Он её муж. Тебе нужно принять это.
– Геля не выбирала мужчину. Она выбирала образ жизни!
– Пусть так.
– Но ведь Алекс не остановится ни перед чем! Если не ты, то, значит, он сжёг дом Гели!