— Лучше бы долг списал, — сворачивая лист, проворчала я и тут же деловито уточнила: — Кстати, а кто такой этот Оракул?
— Бог, — без малейшей заминки ответил зверёк. — А его питомцы — высшие существа мира Ангарад. Они навещают магов, чтобы объявить об успехе и наградить. Или сообщают о провале и наказывают, как сейчас вас. А что? И это забыли?
— В моём мире Бог письма не рассылает, — задумчиво произнесла я. — А о накопленной карме человек узнаёт, лишь завершив свой путь. Погоди… Я же злодейка! Почему Оракул наказывает меня за освобождение дракона от заклятия? Это же доброе дело.
— Вот именно, — тяжело вздохнул Сарг.
Слова скунсофея мне совершенно не понравились, но спросить, как репутация может мне повредить, не успела. К нам стремительно приблизился Рейгар. Быстро окинув цепким взглядом нас с питомцем, а потом работающих людей, он сухо бросил:
— Так и знал, что это опять твои уловки, Аврора. Вижу, с тобой всё в порядке.
— Ну да, — растерянно ответила я, а потом догадалась и с улыбкой уточнила: — Ты услышал мой крик и прибежал на помощь?
— Не исключено, — нехотя признался мужчина и протянул мне раскрытую ладонь, предлагая помочь подняться. — Только потому, что у нас сделка. Помнишь?
Потянул на себя, решив, что легко меня поднимет, но явно не рассчитал веса, и мы оба оказались на земле. Точнее, я оказалась. А лорд уютненько лежал на мне, опираясь одной рукой о землю. Будь я сухонькой, как раньше, точно раздавил бы! Но теперь я обладала формами, о которых мечтала всю жизнь.
Неудивительно, что я заподозрила мужчину в лукавстве. Щуплым Рейгар не был. Легко мог бы поднять меня… Если не на руки, то хотя бы на ноги. В смысле, без труда помог бы мне встать, но вместо этого прилёг сам. И исправлять ситуацию не спешил, пристально глядя на меня.
— Мало каши ел? — иронично прищурилась я. — Или снова видишь вместо меня хрупкую красавицу?
Притворно вздохнула:
— Должно быть, снова придётся тебя целовать!
Миг, и мужчина отпрянул от меня, как от огня.
«Будто отравить пригрозила», — тихо рассмеялась я.
Лорд, должно быть, устыдился своего порыва (только непонятно, первого или второго), поскольку снова протянул мне ладонь.
— Второй раз я на это не поведусь, — с усмешкой вернула Рейгару его же слова и встала сама. Отряхнув платье, мягко добавила: — И не стоит так нервничать при слове «поцелуй». Поверь, без острой надобности делать этого я не стану. Ты прекрасен, спору нет, но поцеловав тебя, я лишилась репутации злодейки.
На миг в глазах мужчины сверкнул огонь.
— Прошу прощения за свою неловкость, — убирая руки за спину, холодно процедил он и бросил на меня надменный взгляд. — Почва здесь рыхлая.