— Иди сюда, паникерша… — Я спрятал хрупкую ее ладошку в своей руке и вытянул из нее весь оранжевый свет. — Все уже хорошо.

К Нефритовому двору я приехал после полуночи, как и было назначено. О времени аудиенции сообщил Яо, поехавший к своему господину вместе со мной. Больше сопровождающих я брать не стал. Если во дворце меня ждет ловушка, то количество сопровождающих ничем помочь не сможет. А если нет, что скорее всего, то и вовсе нечего демонстрировать опасения новому владыке всея Мин.

В машине мы молчали. Умом я понимал, что злиться, по большому счету, на вана Ло не имею права, но и заставить себя разговаривать с ним не мог. Он тоже не спешил налаживать диалог и восстанавливать отношения. Уж не знаю, чувствовал ли он неловкость от этого молчания, как я, или ему было плевать. При этом мне очень хотелось задать ему кое-какие вопросы. И я бы даже задал их, если бы не знал, что он промолчит или вновь отговорится своей неосведомленностью.

Ухоженный парк, которым раньше был Нефритовый двор, превратился в зону высадки войск. Вооруженные люди в камуфляже двигались по шуршащим дорожкам, у каждой двери стояли караулы, бдительно осматривались люди в гражданской одежде — маги. Меж изящных зданий располагались пушки, пулеметные гнезда и танки. А на входе в сам дворец наместника нам встретились даже роботы! Натуральные шагающие машины с кабиной пилота где-то на высоте трех-четырех метров, с обилием разнокалиберных пушек и манипуляторов непонятного мне назначения.

Непростое это дело, в общем, переворот!

Мертвых тел нам по пути не встретилось. То ли было их немного, то ли их уже убрали, чтобы не совсем уж портить тысячелетний ландшафтный дизайн. Но они были, факт! Край бетонной площадки перед дворцом, например, имел характерное коричневое пятно, сообщающее, что на этом месте умер не своей смертью по меньшей мере один человек. А сколько таких пятен можно было найти по всей территории?

Вообще интересно — это я так пытался от ситуации абстрагироваться, если что, — когда боевые действия проходили? Снегирев сюда ездил рано утром и ничего подобного не видел, иначе бы не преминул рассказать. После? И ведь, похоже, здесь оборонялись, а не внутренняя резня была. Кто-то недовольный развитием ситуации пришел сюда конно и оружно и, судя по всему, бесславно слился. Ни шума, ни дыма, ни сообщений в новостных лентах. Хотя с последними наместник уже наглядно продемонстрировал свои возможности, выпустив новость об аресте Топляка спустя три дня после самой операции. Да и шум от боевых действий могли спокойно закрыть покровом.