— Как вообще получилось, что у меня открылся этот дар? Игорь ведь был инициирован…
— У моего сына, — кристаллики льда сыпались на пол с каждого слова Ирины Олеговны, — был открыт царский дар. Он ничем не уступал моему брату по силе. А ты… Твой перенос… Я не знаю… Ты будто стер все! Сломал все выстроенное, будто имел на это право!
— Я сюда не просился, — примирительно произнес я.
— Я знаю. — Женщина вернула себе самообладание в какую-то долю секунды. — Но это ничего не меняет.
— Я обнаружил в сети упоминание о пяти случаях «самоубийств» ванов. Вот адреса, — доложил Алмаз, когда я уже заканчивал с завтраком. Слово «самоубийств» он выделил особо, подчеркивая, что придерживается именно этой версии. — Еще есть три пропавших без вести. Двух- и трехнедельной давности. Я считаю, что это как-то связано.
— А следователей-то вокруг развелось! — с сарказмом проговорил Самойлов, сидящий напротив меня и уплетающий кашу. Не верилось, что эту слизистообразную массу можно было есть с таким аппетитом. — И у всех есть версии!
— Не нуди. — Я понимал, что подкалывает он не Алмаза, а меня. Ведь я вместе с ваном Ло собирался разговаривать с родственниками погибших магов, а он, профессиональный следак, оставался на обработке информации, найденной татарином.
— Есть не нудеть, господин обер-секретарь!
— Как наш берсерк? — сменил я тему.
Вновь спорить с Глебом не хотелось. И так времени потратили больше, чем могли себе позволить. Да, у меня навыков оперативной работы ноль целых хрен десятых, но со мной местный детектив, которому это по плечу. Кроме того, я рассчитывал на помощь со стороны дара. Мало ли, вдруг что-то подскажут видения. Самойлов хорош, но тут чужая земля.
— А сам чего не сходишь? Считаешь, что визит в спальню Яньлинь скомпрометирует девушку?
Что за язва! Не было же ничего! И вряд ли будет. Слишком много у меня обязательств, слишком велика пропасть между боярином русского княжества и ваном маньчжурского ханства. Куда там Монтекки с Капулетти! Да и возраст уже не тот.
— Когда я заходил, она еще спала, — отозвался я нейтрально. Глеб, к счастью, не стал развивать тему.
— С ней Тедань сейчас. Говорит, что все в порядке. Дар она снова может принимать.
— Хорошо. Вы тогда, пока здесь, поговорите с ней. Что она чувствовала, когда не смогла принять силу брата. И, Алмаз… Покопай, как такое возможно?
— Уже. — Я даже не удивился его инициативе. — В сети по данному вопросу нет ничего. Есть только средневековые легенды, но там все настолько мутно, что без поллитра не разберешься!
— Попроси у Алексея Вячеславовича бутылку — я у него видел в кабинете целый набор.