— Зато действенное, — отозвался я.

Примерно через пару минут у нас образовалась мутная буро-зелёная жижа, которую я аккуратно процеживал через тряпицу, чтобы убрать лишние куски. Получилась густая, зловонная жидкость. Я протянул флакон девушке-лекарю:

— Намажь эту штуку на лимфоузлы у обоих. Каждые пять минут обновляй слой, а Николаичу делай это в два раза чаще. Он больше пострадал.

Она кивнула, хотя выглядела так, будто сейчас вырвет от запаха. Я не виню её: сам с трудом переношу это зловоние, но для борьбы с проклятиями хороший аромат необязателен.

— А ты уверен, что это сработает? — тихо спросила она.

— Насколько можно быть уверенным в такой ситуации, — ответил я уклончиво. — Главное, чтобы это приостановило расползание. Полностью исцелить их сейчас не выйдет, мы же не знаем, насколько глубоко внедрился Скрежетник. Но если хотя бы процентов на пятьдесят снизится воздействие, они протянут ещё пару часов. А нам хватит и часа, лишь бы справиться с тварью и остановить поезд.

Она кивнула, уже стряхивая капли на ватный тампон и осторожно обрабатывая шею Николаича, который тихо стонал во сне. Палыч лежал почти без движения. Я взглянул на него, сжал кулаки:

— Держитесь, ребята… — пробормотал я.

Время неумолимо тикало. Мы возились уже полчаса, ни много ни мало, и катастрофа приближалась. Нужно было срочно варить ту самую адскую смесь, которая, как я рассчитывал, сможет ослабить Скрежетника достаточно, чтобы я смог нанести решающий удар. Без неё пробить его металлические пластины и бешеную энергию будет в разы сложнее.

Я быстро дал отмашку проводницам:

— Девушки, срочно тащите из вагона-ресторана всё чугунное и керамическое, что есть. Всё — от сковородок до кастрюль. Что угодно, лишь бы это выдержало нагрев и было достаточно прочным.

Одна проводница вытаращила глаза:

— Зачем?

— Затем, что мне надо расплавить немного меди, — зарычал я. — Монета есть, но без посуды и правильного нагрева мы не добьёмся эффекта. Давайте, шевелитесь!

Они кивнули, видя, что спорить бессмысленно, и умчались. Я повернулся к Ладыжину:

— Теперь идём за маслом и керосином. Нам нужен этот чёртовы жидкости. Без них зелье не заработает.

— Понял, — сказал он. — Снова в логово твари.

— Скажешь тоже «логово», — фыркнул я. — Так… за дверкой спрятался. Пошли, время не ждёт.

Мы шли осторожно, понимая, что Скрежетник может появиться откуда угодно. По пути я заметил, как некоторые трубы пульсировали, словно жили — точно работа Скрежетника. Где-то из-за угла слышались щелчки, будто провода били током о металл. Свет моргал тускло, кое-где висела мерзкая паутина из тонких металлических нитей.