— Смотри, — тихо произнёс я, указывая на стену, где выступили капли чёрной жидкости. — Это машинное масло, похоже, уже перепачкано эфирными нитями.

— Осторожней, — предупредил Ладыжин, оглядываясь. — Я чую, скрежет где-то рядом, но не вижу тварь.

Мы пробрались чуть глубже, к техническому отсеку, где, по идее, стояли резервуары. Запах был острый, в нос бил металл и ржавчина. Несколько минут поиска — и мы нашли небольшой бак с надписью «Масло». В нём плескалась жидкость, хоть и частично уже загадочная. В отдалении показались канистры с керосином, на паре были протечки, но ещё не критичные.

— Быстро, заливай в канистру, — скомандовал я.

Ладыжин раздобыл какую-то тару, пока я держал ухо востро. Слышался лязг, будто кто-то крался по потолку над нами, но тварь не вылезала. Возможно, Скрежетник, слившись с локомотивом, контролировал всё на расстоянии.

Мы торопливо набрали достаточно масла и керосина, чтобы хватило на варево, и попятились обратно, стараясь не стучать лишний раз. Я держал меч наготове, ожидая нападения, но чудовище не появилось. При этом видно было, что внутри локомотива всё будто жило собственной жизнью: кое-где механизмы шевелились, рычаги дёргались сами собой, а провода мигали.

— Лучше не задерживаться, — прошипел я.

— Валим! — ответил Ладыжин.

Мы вырвались обратно в вагон, где уже суетились проводницы, принеся увесистые сковородки, горшки и всякие керамические посудины. Я быстро оглядел:

— Ну что, только чугунная сковорода с толстым дном мне подходит.

— Ага, а дальше что? — проворчал Ладыжин.

— Клади на неё медную монету, разогрей. Сможешь огнём? — спросил я.

— Да, — он протёр лоб. — Но будет жарко, придётся напрячься.

— Старайся не обжечься, — усмехнулся я. — Пока ты занимаешься, я смешаю остальные ингредиенты, — сказал я, доставая спирт, уксус и немного тумеля.

Ладыжин занял позицию у «импровизированной кузни»: поставил сковороду на металлический поднос, начал творить заклинания огня. Выделялись капли пота на его шее, но он упорно создавал тепло, чтоб расплавить медь.

Я в это время смешивал машинное масло, керосин, спирт и уксус — в точных пропорциях. Добавлял к ним крохотную дозу тумеля. Когда Ладыжин закончил, то протянул сковороду мне.

— Осторожно, вспыхнет же! — рявкнул Ладыжин, когда увидел, что я лью расплавленную медь в масляную жидкость.

— Не вспыхнет, — заверил я. — Тумель не даст совмещения, замедлит реакцию. Так что всё под контролем.

Он с опаской смотрел на меня, но я не останавливался. В итоге через пару минут у нас в миске булькало нечто тягучее, отдающее смрадом. Я осторожно помешивал его заострённой палочкой: