Мы шли в направлении главных ворот, и он заговорил вполголоса:
— Серьёзный разговор вышел, да?
— Угу, — отозвался я без выражения. — Тебя тоже не слишком-то по головке гладили, полагаю.
— О да. Император мне и до твоего прихода успел мозги прокрутить. Расспрашивал, что я про тебя думаю, какие у меня факты. Ну и… — он фыркнул, — похоже, он готов разворачивать новую политику.
Я заметил краем глаза, как охрана резиденции провожает нас взглядами, но стоит на месте. Вскоре мы свернули за колоннаду, где двое часовых почтительно отошли в сторону.
— Политику? — переспросил я.
— Он считает, что дефицит серебра и постоянные опасности от монстров — это более серьёзно, чем старые распри с магами. Отсюда и «новый курс»: он теперь хочет собрать надёжный костяк лояльных ему магов. Сам видишь, я давно на особом положении, хоть и владею магией. Но таких, как я единицы.
— Похоже, — кивнул я, вспоминая, как он прямо при мне подписал амнистию для петрозаводских волшебников.
— Император подбирает кадры, — продолжил Ладыжин. — Считает, что без такого магического резерва нам не справиться. Вдобавок, Третий Круг открывает всё больше Разрывов, а серебро мы потратили на сдерживание самых крупных тварей. Теперь, получается, нужно менять подход к магам. Не убивать и не зажимать, а использовать.
— То есть он хочет, чтобы мы… — я прищурился.
— Чтобы мы стали частью этой системы. И помогали рубить головы только тем, кто не согласен подчиниться. А все, кто сговорчив, — пусть живут и трудятся на благо Империи.
Я коротко хмыкнул:
— Удобный расклад. Он сразу уменьшает число врагов и набирает толковые кадры.
— Точно. А ты для него — особый случай. Ведь ты не маг, но кто тогда? — усмехнулся Ладыжин, покосившись на меня.
— Он уже просёк, что у тебя какой-то другой… талант, — продолжил Ладыжин. — Вполне возможно, он даже строит догадки. Среди магов ходят легенды про мракоборцев, но лично их никто не встречал.
— Хм, — буркнул я, стараясь не выдать, насколько зацепили эти слова. — Не готов сейчас обсуждать эту тему. Ты сам как относишься к тому, что Император вот так повернулся на сто восемьдесят градусов? Ведь раньше ты гнался за каждым магом с фанатичным упорством.
Ладыжин пожал плечами:
— Времена меняются. Плюс я не идиот: вижу, что слепая резня магов приводит к катастрофе. Сейчас Империи действительно нужны умельцы — тёмные, светлые, да хоть какие. Лишь бы держались нашей стороны. Я тоже приспосабливаюсь.
Мы дошли до массивных ворот, за которыми виднелся город, погружённый в мокрый мрак. Вдалеке переливались огни машин. Вокзал, от которого мы сюда приехали, располагался километрах в трёх. Но я пока не собирался туда возвращаться. У меня было слишком много мыслей и слишком мало ответов.