— Хорошо. Времени у нас не так много, но я готов выслушать твой ответ уже после твоего ознакомления.

— Значит, перерыв, — уточнил я.

— Перерыв, — улыбнулся он одними губами. — Но я надеюсь, мы сработаемся. В конце концов, мы ведь оба хотим защитить людей от монстров, верно?

Я не ответил на его намёк. Но внутри почувствовал, что глупо отказываться: ведь нужные мне цели — та же свобода магов, та же защита людей… всё это Император уже «прокрутил», показывая, что он в курсе. Однако я не горю желанием залезать в ярмо.

— На этом, полагаю, всё, — проговорил Император, переводя разговор в деловое русло. — Мой помощник покажет тебе выход, заодно задашь уточняющие вопросы, если они есть. Он в курсе.

Я встал, кивнул, осмотрел всех присутствующих. Император ответил мне взглядом: «Не забывай — я здесь власть». Ладыжин так и стоял, не вмешиваясь, хотя внутри у него, чувствовал, бурлили эмоции.

Медленным шагом я двинулся к дверям. Помощник Императора опередил меня, чтобы проводить до приёмной. Как только я вышел, дверь за спиной закрылась. Я уверенно закончил всё это без лишнего шума. Но напряжение внутри всё ещё гудело.

Меня не покидало ощущение, что Император уже давно меня изучил и видит наперёд мои шаги. Но я тоже не дурак, и просто так не позволю сделать из себя «цепного пса».

Мы пересекли несколько коридоров, и наконец я оказался в полутёмном фойе. Здесь дежурили охранники во внушительной форме, у стены стояли очередные статуи великих предков. Увидев, что я возвращаюсь, один из них коротко кивнул, открывая двери. Ливень за окном прекратился, но воздух был влажным, и на каменных плитах двора поблёскивали лужи.

Помощник Императора — этот молчаливый тип — собрался уже меня «передать» другому чиновнику, который довёл бы до самой улицы. Но тут послышался топот со спины, и в нескольких метрах появился Ладыжин. Он быстро шагнул вперёд, обратившись к чиновнику:

— Я сам провожу его.

Тот приподнял брови, но, встречая решительный взгляд Ладыжина и вероятно вспоминая, что у того прямой доступ к Императору, счёл что лучше будет отступить. Слегка поклонился и удалился.

Мы с Ладыжиным на миг остались вдвоём в полутёмном фойе, я ощутил едва уловимую враждебность, которая постоянно крутилась между нами. Но он быстро сделал жест головой, мол, «пойдём».

Мы вышли во внутренний двор резиденции: вокруг всё ещё высились деревья, подсвеченные фонарями, а дорожки блестели от влаги. Лёгкая прохлада освежила мне лицо. Я взглянул на небо — тучи всё ещё были грозовые, но дождь на мгновение притих, будто давая нам время на разговор.