— Отлично, — кивнул я. — Тогда назовёмся «группой Градова» или если хотите, «Отряд 7». Важнее, чтобы мы научились действовать сообща и не лезть друг другу под ноги. — Я замолчал, потом добавил тише: — И да, помните: если кто-то попытается слить инфу, я об этом узнаю.
Кое-кто проглотил комок в горле, кто-то невозмутимо пожал плечами. Но общий настрой был более серьёзным, чем раньше.
Когда все разошлись отдыхать, я остался стоять посреди ангара, осматриваясь. Это здание всё ещё давило на меня металлическими балками, тусклыми лампами, запахом пороха после учебной стрельбы. Но теперь, когда я отобрал семерых, появилось чувство, что у меня начинает формироваться настоящий «отряд», где я — командир, и никто сверху не укажет мне, как им управлять.
Пускай Император будет думать, что я его марионетка. Ха-ха. На самом деле, я буду вести свою игру. Теперь у меня есть и своя небольшая армия, пусть пока неопытная и разношёрстная.
Булат подошёл ко мне, сунул руки в карманы:
— Ну что, босс, доволен?
Я слегка хмыкнул:
— Никогда не бываю доволен до конца. Но это начало. С этими людьми мы можем сделать много. А если вдруг они начнут чудить — распрощаемся. Много ли сил нужно, чтобы держать их в узде. Звенигород станет показательным выступлением.
— Мне пора бы ехать, у меня кое-какие дела… — пробасил Булат, прислонившись к металлической перегородке. — Но, если хочешь, можем перетереть за каждого.
Я кивнул, положил ладонь на стопку бумаг — там я делал короткие пометки на каждого из семи, кто остался после отсева. Было очевидно, что люди разные, и их придётся как-то сработать друг с другом. А кому-то, может, придётся вправить мозги.
— Ок. Давай без лишних церемоний, — сказал я. — Надо понять, кто они, что они. Кто побежит докладывать Императору каждое моё слово.
Булат ухмыльнулся:
— Уверен, Император подкинул парочку сюрпризов, но мы их вроде отсеяли. Оставшиеся… Ну, смотри. Михайлов вроде адекватен и как координатор может тянуть. По крайней мере, он не фанатичный служака. Да и вроде не жаждет сдать тебя. А вот этот бывший уголовник, — Булат приподнял бровь, — человек специфический. Может оказаться ценным штурмовиком, но к кому он лоялен — большой вопрос.
— Бывший уголовник всё-таки, — криво усмехнулся я. — Он прямолинеен, и если проникнется, то не предаст. Такие редко гадят исподтишка, скорее уж в лоб скажет, если что не так. Но в паре с кем-то… Хм.
Я помолчал, вспомнив, как тот вёл себя во время учений. Не стеснялся применять жёсткие приёмы, держался уверенно, хотя порой чувствовалось, что он рассматривает бойцов как соперников. Может, надо за ним присмотреть.