— С утра устроишь им проверку боевой подготовки?

— Ага. Пускай привыкают к мысли, что теперь они не в имперских структурах и не в банде. У нас здесь своя, особая дисциплина, и я — главный. Потом надо дать всем чёткие роли, пусть каждый займётся тем, что у него лучше получается. Вечером потихоньку начнём совместные тренировки, а может, и раньше, если успеем.

Булат посмотрел на часы:

— Ну, меня ждут дела, так что я свалю. С утра вернусь. Завтра увидимся…

Я бросил взгляд на окна, за которыми сгущалась темень:

— Валяй. Я всё равно заночую здесь, заодно присмотрю, чтоб никто не шалил. Спасибо, что остался и помог.

— Не вопрос, — отозвался он, хлопнул меня по плечу и направился к выходу.

Слушая отдаляющийся скрип тяжёлой двери, я выдохнул и уставился на валяющийся хлам после учений. В голове крутились мысли о будущем: мы собирались вскоре отправиться в Звенигород, и судя по бумагам, там всё хуже и хуже. Если «Отряд 7» окажется неслаженным, мне придётся вытаскивать всех в одиночку. Но я не жалуюсь — привык решать проблемы самостоятельно.

Собрав последние бумаги, я закрыл ангар, погасил часть ламп и направился в одну из боковых комнат, переделанных под аскетичное жильё. Надо было хоть немного поспать. Завтра предстоит многое.

Ночью я толком не выспался. Просыпался, прислушивался к каждому шороху, потому что знал: вокруг — десяток новых бойцов, а доверять им вслепую я не привык. Вдобавок тут высокие металлические стены, любой громкий звук будто эхом долбит в мозги. В итоге ближе к пяти утра я сдался, встал, потянулся и решил: лучше уж пораньше приступить к делу.

Обошёл здание. Ещё раз досконально изучил дела всех участников моей команды.

В ангаре царил предутренний полумрак. Время близилось к шести. Осветительные лампы были отключены, лишь слабый проблеск пробивался через узкие окна наверху. По полу рассыпаны тени, и в этой серой полутьме я почувствовал приятное возбуждение: сейчас я буду будить свою новоявленных бойцов. Посмотрим, как они выдержат.

Я прошёл на складскую секцию и нашёл трёхкомнатное помещение, где кто-то из них завалился. Судя по негромкому похрапыванию, там спали человек пять.

Утречка всем… Я приоткрыл дверь, вслушался, усмехнулся и резко рявкнул:

— Подъём! Всем встать! Живо!

На меня воззрились несколько сонных, ошарашенных лиц. Один аж дёрнулся, будто его током ударило, другой подскочил и, похоже, рефлекторно потянулся к ножу, но быстро понял, что это всего лишь я. Девушка зарычала что-то непонятное и полезла за кроссовками. Ветеран открыл один глаз и выглядел так, словно готов был пристрелить меня, но промолчал.