— Вот же суки! Какие же суки подлые! Но Лева тоже хорош, развесил уши, совсем расслабился и потерял бдительность.
А вот фамилия Галич показалась знакомой. Галич, Галич, где он ее слышал?
Геннадий откинулся на спинку удобного кожаного кресла, прикрыл глаза и тут же их открыл:
— Да твою же мать! Нет, это не может быть она.
Пока Геннадий уже удивленно чесал затылок, Лаура, поджав губы, терпела рядом Льва. Мужчина все-таки пришел к концу обеда и галантно попрощался с ее родителями, все еще играя роль жениха. Мама укатила на такси, вроде бы не раскрыв подвоха.
— Не стоило.
— Мне нетрудно.
— Я завтра не приду.
— Нет, ты придешь и продолжишь курсы. Никогда нельзя смешивать работу и личное, это непрофессионально.
— Зачем?
— Затем, что ты нужна мне.
Было одновременно приятно и больно слышать такие слова. Лаура сама нуждалась в этом мужчине, слишком далеко все зашло, и неизвестно теперь, как выпутаться.
— Нет, только не он!
Лаура как раз шла через парк по направлению к дому, после того как проводила родителей, и случайно заметила знакомую широкую кепку-аэродром. Девушка остановилась, прижала к груди букет, подаренный Львом, цветы выкидывать было жалко, они не виноваты в том, что люди не могут разобраться в себе.
Встречать сейчас кого-то даже из знакомых мужчин не хотелось, а зная навязчивость Тиграна, о котором она забыла, нужно было обойти его стороной. Но Анисимова, спрятавшись за цветущей сиренью, пригляделась внимательно и уже удивленно наблюдала за милой парочкой на скамейке.
Это был Тигран, да, его кепка, светлые штаны и рубашка, а целовал он пальчики Нины Макаровой. Да-да, той самой скромной и милой жены ее бывшего любовника, с которой Лаура совсем недавно имела беседу.
Сейчас Нина скромно опускала глаза, прятала улыбку, на щеках играл румянец, ей явно нравился Тигран, то, что он говорил, а говорить он умеет, Лаура слышала сама те сладкие речи. Когда и как они вообще успели так снюхаться? И куда смотрит Макаров? Бандитов ловит или нашел очередную дуру и пропадает между ее ног?
А впрочем, так ему и надо. Пусть Нина наставит ему ветвистые рога, да такие, чтобы в отдел свой заходил и цеплялся. Его Анисимовой не было жалко, жизнь — она как бумеранг, все возвращается, за все приходится платить.
Вот и Лаура сейчас платит за свои порывы, провокации, за то, что была слишком открыта для Льва. А чего она ждала? Что после секса без обязательств, который она сама обозначила, он будет верен и сразу порвет с прошлым? Было бы хорошо, но это утопия.
Анисимова не стала мешать парочке, пусть воркуют, хотя место выбрано слишком людное. А вот подойдя к дому и поднявшись на нужный этаж, встретилась с суровым взглядом Матвея Макарова. Мужчина был помят, небрит, под красными глазами мешки.