И снова польский вопрос

Обед прошел в Зеркальном зале, отличительной особенностью которого были многочисленные зеркала на стенах, визуально расширявших помещение чуть ли не вдвое.

— Вот здесь, — показал император на небольшой подиум в торце зала, — для императрицы Марии-Терезы играл сам Вольфганг Амадей Моцарт… мы даже специальную табличку тут прикрепили. А это вот алтарь Девы Марии авторства Конрада фон Зоста…

Обед прошел под разговоры об истории Австрии вообще и дворца Шенбрунн в частности, никаких серьезных тем гости не поднимали. А сразу следом оба императора и их министры иностранных дел Лобанов-Ростовский и граф Голуховский уединились в соседнем зале — он назывался Большой галереей и имел в длину более сорока метров.

— С чего начнем, дорогой Александр? — сказал Франц-Иосиф, пригубив чашку ароматного турецкого кофе. — И можно, наверно, обращаться на ты и без титулов…

— Я понял тебя, — кивнул царь, — без титулов и на ты… а начать можно с того самого польского вопроса, он ведь у всех нас сидит, как заноза в заднице, извиняюсь за выражение…

— Ты абсолютно прав, — ответил Франц-Иосиф, — сколько у вас за последнее время было восстаний в этой части страны?

— Крупных два, — сказал Александр, — в 1830 и 1863 годах. А помельче масштабами еще штук десять. У вас тоже ведь неспокойно в Кракове и Лемберге, как я знаю…

— Да, большие волнения у нас там были только один раз, так называемое Краковское восстание 1846 года… мы его подавили за месяц примерно, но осадок остался. Народные волнения там все равно случаются, но реже, чем в Русской Польше.

— Так вот, дорогой Франц-Иосиф, — Александр сделал знак Лобанову, и тот выложил на стол перед переговорщиками большую карту Европы с границами государств, — наше предложение… сугубо предварительное и ни к чему никого не обязывающее… пока не обязывающее… заключается в перераспределению польских земель… и не только польских, но в основном этих… следующим образом.

И царь уверенными движениями нанес карандашом новую линию границ между Российской и Австро-Венгерской империями.

— Территория Варшавского генерал-губернаторства отходит Австрии… ну или делится между вами и Пруссией, переговоры с Вильгельмом будут идти отдельной строкой, за исключением Белостока и Гродно, а взамен Россия получает Галицию и Буковину… там ведь живут в основном русскоязычные люди, так что логично было бы объединить их в пределах одного государства. В связи с тем, что по площади и по развитости экономики обмениваемые территории слегка не равны, у нас будут еще два дополнительных условия сделки…