— Далеко ведь, выше величество, — попробовал отговорить его Куропаткин, — и неудобно туда добираться. Да и опасно это, если честно говорить — там в лесах бандиты пошаливают, местные их называют хунхузами.

— Я уже свое отбоялся, — усмехнулся царь, — после того, как меня провидение вылечило от неизлечимой болезни, я уже больше ничего не боюсь…

— Хорошо, я записал ваше пожелание, государь, — чиркнул в своем блокноте генерал, — постараемся организовать поездку… только замечу, что лучше это сделать в теплое время года, зимой к Харбину совсем сложно будет пробраться от Забайкайльска.

— Ладно, пусть это будет апрель-май, — согласился царь, — заодно и в Пекин заеду к этой… императрице китайской. Теперь давайте поговорим про европейские дела… какие у нас сейчас отношения с Турцией?

— После войны 80–81 года тут ничего вызывающего опасения не просматривается, — бодро отрапортовал Куропаткин, — позволю себе такое сравнение — Турция сейчас это как состарившийся и одряхлевший лев, сама выходить на охоту не в состоянии, но если ее задеть, постоять за себя еще сможет.

— На львов я не охотился, — с большим интересом выслушал образное сравнение Александр, — только на барса один раз ходил на Кавказе. Значит, говорите — дряхлый лев… а если это в цифры перевести, то что как обстоят дела с вооруженными силами у этого льва?

— На действительной службе сейчас… она, кстати, называется низам… у турков примерно 200 тысяч бойцов, в резерве, это редиф на турецком, почти полмиллиона. Есть еще иррегулярные силы, это в основном черкесы, переселившиеся с Кавказа, курды и народ из тех провинций, которые не участвуют в рекрутских наборах — Сирия, Албания, Египет. Их число в случае необходимости может составить 200–250 тысяч.

— А что у них на море происходит?

— Период владычества османов на морях находится в далеком прошлом, — отрапортовал Куропаткин, — это триста-четыреста лет назад они побеждали в морских сражениях всех подряд. А в 19-м веке у них одни поражения… вспомнить, что им Нахимов устроил возле Синопа… однако совсем сбрасывать со счетов османский флот рано. Шесть броненосцев, два крейсера, десять эсминцев… все это закуплено у Германии и Англии… это все же грозная сила. Если речь, государь, зайдет о штурме Стамбула и черноморских проливов, сразу могу сказать, что наши шансы на успех тут будут минимальными.

— Да нам для начала и не позволят устроить такой штурм, — согласился с ним Александр, — та же Англия вместе с той же Францией… они не потерпят такого укрепления русского влияния.

Он встал, прогулялся по кабинету до дверей и обратно, потом продолжил.