— Что именно по поводу евреев? — заинтересовался царь.

— Мы хотели бы в обновленной России будущего национально-культурной автономии еврейского меньшинства… плюс отмена черты оседлости, это средневековая дикость какая-то.

— Думаю, власти смогут учесть ваши пожелания, — ответил после небольшого размышления царь, — а теперь давайте подведем итоги нашего совещания, если у присутствующих, конечно, не найдется возражений…

Возражений не последовало, поэтому император закончил свою мысль, открыв блокнот с двуглавым орлом на обложке.

— Пункт первый. Власти готовы пойти навстречу оппозиции, не по всем пунктам, но по большинству. Пункт второй. В течение года я, как лицо облеченное полнотой власти в стране, издам указ об учреждении выборной Думы и проведении всеобщих выборов в нее. Ваши партии могут легализоваться и вести агитацию за своих кандидатов в нее. Пункт третий. Дела большинства политических заключенных в России будут пересмотрены, также в течение года, сроки будут либо аннулированы, либо сильно сокращены. Эмигрантам будут даны гарантии о непривлечении к ответственности в случае возврата в родную страну… это в первую очередь касается вас, Георгий Валентинович, — царь повернул голову к Плеханову.

Тот некоторое время переваривал входящую информацию, затем кивнул без слов.

— От вас же, господа оппозиционеры, я прошу всего лишь честное слово о том, что ваши организации более не будут заниматься террористической деятельностью.

— Я думаю, мы сможем дать такое слово, — проговорил, наконец, переваривший новые вводные Плеханов, — но только относительно себя — за всех членов наших организаций мы поручиться, наверно, не сможем.

— Хорошо, — император снова встал и зашагал к входу и назад, — в моей схеме предусмотрено и это — вы также даете слово, что лица, совершившие такие незаконные действия, автоматически исключаются из ваших организаций, и руководители обещают, что данные лица не получат никакой поддержки.

— Думаю, мы сможем на это пойти, — ответил Плеханов, но его быстро перебил Морозов, — а где гарантии, что власти выполнят свои обещания?

— Мое личное честное слово, — ответил царь, — вам этого будет достаточно? Если интересны конкретные сроки, то указ об учреждении Думы и выборах в нее я намерен издать не позднее октября текущего года.

— А что насчет национализации земли и промышленных предприятий? — задал смелый вопрос Лавров, сидевший до этого тихо.

— Петр Лаврович, — снова заглянул в блокнот царь, — этот вопрос сложный и требует обсуждения всеми заинтересованными сторонами. Могу обещать инициирование общественных слушаний и по земле и по промышленности в новоизбранной Думе в течение… ну допустим, того же года — вы сможете принять в них самое деятельное участие… если изберетесь депутатами Думы.