— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

Голос звучит ровно, хотя сердце бьётся где-то у горла.

— Обещал ответить на дерзость.

— Я просто назвала тебя по имени.

— Моё имя Стас.

— А моё Соня, а не крошка.

— Ты низкая, поэтому и крошка.

— А ты меня бесишь, поэтому и Ста…

Имя “Стасик” застревает в горле. Потому что глаза Стаса темнеют, а мой мозг кричит об опасности.

— Ну, крошка? Почему замолчала? — шепчет он, смотря прямо в мои глаза. Точнее смотрит секунд пять. А потом опускает взгляд к губам и добавляет: — Продолжай и я смогу со спокойной душой сделать то, что ты заслужила. Отвечу на дерзость твою.

—- Не хочу. Передумала.

Он усмехается.

— Трусишка.

— Отойти. Мне надо домой, — говорю спокойно, хотя внутри все колотится.

Надеюсь, что он не станет спорить. Но не тут то было. Он остаётся на месте.

— Попроси меня и отойду.

В отличие от него, у меня сил на споры не осталось. Поэтому я покорно говорю:

— Отойди, пожалуйста.

— Имя.

Я стискиваю папку.

— Стас.

И он отходит.

Медленно.

Но отходит.

Счастье-то какое!

Я открываю дверь, но перед тем, как зайти, оборачиваюсь.

— Завтра в четыре. Библиотека.

— Буду.

— Без опозданий.

— Постараюсь.

— Это ничего не значит.

— Для меня много.

— И не трогай больше моих парней.

— У тебя их нет.

— Благодаря тебе, как выяснилось.

Усмешка возвращается.

— Не всех.

Я хмурюсь.

— Что значит “не всех”?

— Андрей сам сделал выбор.

— Под твоим шантажом.

— Он заслужил.

— А остальные?

Стас отходит к моцику и берёт шлем с сиденья.

— Спокойной ночи, Соня.

— Нет. Ты сам сказал, что рядом со мной никто долго не задерживается. Сколько человек ты отогнал?

Он надевает перчатки.

— Иди домой.

— Ответь.

— Тебе не понравится.

— Я уже поняла, что ты делал. Хочу знать количество.

Стас несколько секунд молчит, потом смотрит прямо на меня.

— Семь.

Я застываю.

— Что?

— Семь парней за два года.

У меня открывается рот.

Ни одного звука не выходит.

Семь.

Я вспоминаю Артёма, Андрея, Диму, Дениса. Остальных даже не могу сразу определить. Кто ещё? Парень из спортивного клуба, который однажды попросил номер? Старшекурсник, приглашавший меня на день факультета? Молодой человек возле библиотеки, который перестал здороваться после одной беседы?

— Ты больной, — произношу я.

— Знаю.

— Ты угрожал семи людям из-за меня?

— Не всем угрожал.

— Что ты сделал остальным?

— Завтра обсудим.

— Нет, сейчас.

Стас садится на мотоцикл.

— Закрой дверь, крошка.

— Я позвоню каждому.

— Звони.

— И если узнаю, что ты…

— Узнаешь.

Он спокойно застёгивает куртку.

Никакого раскаяния. Никакой попытки оправдаться. Словно два года тайно контролировать моё общение — обычное дело, которое просто раньше не обсуждали вслух.