Так-то у меня по подкладке шляпы заранее натыканы черные, сильно вьющиеся волосы какого-то брюнета.

У парикмахера прихватил на полу незаметно после предыдущего клиента. Если все же найдут мешок раньше, чем я его заберу, пусть тогда ищут преступных брюнетов.

Вскоре на соседнюю улицу выходит неспешно прогуливающийся молодой мужчина в костюме и кепке, помахивая тростью, как какой-то настоящий джентльмен. Двигается он по теневой стороне улицы, не привлекая никакого внимания прохожих и сам тоже никого не рассматривая.

Проходит еще двести метров и снова заходит во дворы, после чего уже оказывается на Захарьевской улице.

Я уже достаточно оторвался от возможной погони, но, если бы убитый был кем-то попроще — тогда бы вполне хватило моих предосторожностей.

Однако мне придется уходить незамеченным еще дальше и перейти Фонтанку, скрывшись на многолюдной Садовой улице.

Могучий клан Гучковых сделает все, чтобы найти убийцу своего самого знаменитого члена семьи, денег у них немерянные миллионы еще полновесных золотых рублей

Поэтому я закручиваю следы по максимуму и даже извозчика не беру, опасаясь, что их всех самым тщательным образом опросят на предмет того обстоятельства, кто стоял тут рядом с Фурштатской.

И кого из них нанимали по времени убийства.

Вскоре перехожу по мосту к Летнему саду, потом выхожу на Марсово поле, дальше спокойным шагом иду до гостиницы.

Никуда с нее не съезжаю, теперь буду ждать дневных газет с потрясающей новостью.

«И еще на днях собираюсь навестить Григория Распутина. Он принимает разный народ в своей квартире, к нему на прием довольно нетрудно попасть с улицы».

Ну, или даже завтра, когда полностью буду убежден в смерти Гучкова.

Самый первый шаг я уже сделал, теперь обратного пути нет. Даже хорошо, что все сейчас случилось, пока я не засветился около Распутина и, тем более, около царской семьи.

«Кстати, тогда так уж спешить к нему не стоит, посмотрю еще, что следствие накопает и до чего газеты додумаются?» — говорю себе.

Следующие два дня я читаю с понятным чувством сопричастности все умные мысли журналистов и самого следствия, но не завидую полиции ни капли. Теперь следователей трясут со всех сторон и требуют быстрого расследования дела во чтобы то ни стало.

Давит и царская власть, как положено, через высшее полицейское начальство. Она-то себя ни в чем виноватой не считает, знает точно, не ее рук подобное кровавое дело.

Да и вообще — совсем не такие они люди.

И разъяренные депутаты Государственной Думы каждый день по два запроса оформляют к нему же, требуя ежеминутного доклада по вновь открывшимся обстоятельствам.