Дождавшись поезда, Илия зашел в купе. По счастливой случайности ехать ему предстояло в одиночестве, по крайней мере, до следующей станции, чему он был рад. Видеть сейчас никого не хотелось, разговаривать тем более. Поставив сумку возле своей полки, он присел, спрятав лицо в ладонях. Посидев так какое-то время, пытаясь собрать разбегавшиеся мысли, он вздохнул, достал из бокового кармана сумки полотенце и отправился умываться в надежде, что холодная вода поможет ему прийти в себя.

Взяв на обратном пути чай, он, постояв у окна и с тоской посмотрев на убегающую назад тайгу, поплелся в купе. Открыв дверь, Илия едва не выронил свой стакан. На нижней полке возле раскрытой пустой дорожной сумки с хитрым выражением маленькой мордашки лежала Любава и смотрела на него.

Илия свободной от чая рукой протер глаза. Любава не исчезла. Он подошел и присел рядом. Дотронулся до ноги. Вполне себе настоящая нога, осязаемая. Поставил чай на столик и вышел. Постоял у окна, потер глаза. Встряхнул головой.

— Это наваждение. Я схожу с ума… Господи, помоги! Убери пелену с глаз моих и защити от Лукавого… — перекрестившись, пробормотал он.

Постояв еще немного и убедив себя в том, что девочка снова ему привиделась, и, снова войдя в купе, он никого не увидит, Илия повернулся и открыл дверь.

Любава сидела и беззастенчиво пила чай.

— Я есть хочу, — увидев появившегося на пороге мужчину, подняла она на него свои огромные глаза.

— Ты где была? — присаживаясь рядом, спросил Илия.

— Там… — неопределенно махнула рукой девочка.

Мужчина устало прикрыл глаза. Она была где-то «там»… А он медленно сходил с ума.

— Что ты ела? Ты почему конфеты не забирала? — не выдержал мужчина.

— Дяди плохие… — исподлобья посмотрела на него девочка. — Я с тобой.

Илия вздохнул. И что теперь делать? Всю дорогу держать ее в сумке? А потом? Ему же прямая дорога на нары!

Мужчина схватился за голову и застонал.

— Любава… Что же ты творишь…

— Не плачь, — девчушка посмотрела на него своими невероятными глазами. — Я с тобой.

— Угу… И что мы с тобой теперь делать будем? — взглянув на девочку, спросил Илия.

— Кушать? — с надеждой спросила Любава и, протянув руку, погладила его по голове.

Илия вздохнул и улыбнулся.

— Кушать, — подтвердил он и достал из кармана сумки бутерброды.

Вслед за бутербродами, зацепившись за целлофан, из кармана выпал телефон. Илия взял его в руки, чтобы убрать обратно, и замер.

— Анна! — со вспыхнувшей надеждой пробормотал он и включил телефон.

Анна не отвечала довольно долго. Илия мрачнел с каждым гудком — надежда на помощь с ее стороны начинала стремительно таять, а мозг вновь судорожно метаться в поисках оптимального решения проблемы. Наконец, попытавшись дозвониться до Анны трижды, Илия нажал на кнопку отбоя и, опустив руки с зажатым в них телефоном, глядя на с любопытством следившую за ним Любаву, вздохнул.