— Миссис Пруитт, — сказал я. — Сколько лет вашей внучке?
— Девятнадцать. А что?
— Она работает?
— Работает. В аптеке, кассиром.
— Сколько ей платят?
Дама поджала губы.
— Двадцать девять долларов в неделю. Это примерно. Выдают в марках.
— А девушка, которая снялась у нас недавно, получила за один съёмочный день пятьсот, — сказал я. — И это был её первый заработок за год.
— Это не оправдание! Проститутки продают свое тело еще дороже.
— Это не оправдание, — согласился я. — Это цифры. Оправданий у меня нет, я их не заготовил.
Миссис Пруитт посмотрела на меня с подозрением — она явно ждала спора, а спорить я отказывался, и это её сбивало.
— Вы странный молодой человек, — сказала она наконец.
— Мне это все говорят.
— И вам следует найти хорошую девушку и жениться.
— Уже нашел.
— Да⁈ И она знает о ваших занятиях?
— Пятерых — произнес я, чем добил бабулю окончательно. Она вытаращила на меня глаза, открыла рот, закрыла:
— Но это уже ужасно!
— Что именно?
— Вы страшный грешник! Вам гореть в аду…
— Мэм, вы кажется христианка?
Бабуля кивнула.
— Святой Авраам имел жену Сарру, а также наложниц Агарь и Хеттуру…Иаков: был женат на двух сёстрах — Лии и Рахили, а также имел двух наложниц — Валфу и Зелфу. А про царя Соломона с 700-ми женами вам рассказать?
Этим я добил бабулю. А ведь могла упереться, заспорить насчет Нового Завета, который отменил Ветхий и многоженство. Но нет, она лишь хмыкнула, достала из сумочки вязание и до самой посадки со мной не разговаривала. Даже во время обеда.
А я перекусив, закрыл глаза и провалился в сон. Благо американская военщина ночью сильно постаралась, чтобы я не выспался.
Храпел я всю дорогу и мне снился совершенно идиотский сон.
Мое поместье в Беверли-Хиллз. Солнце, пальмы, вода в бассейне такой синевы, какой в природе не бывает, а бывает только в рекламных проспектах.
И у бортика трое девушек. В разноцветных купальниках, смеющиеся. Никаких бикини, закрытые, целомудренные.
Оля в голубом стояла, смущенная, кожа на ногах покрыта мурашками, коса на плече и она ее постоянно теребит. Явно смущена, молчит.
Валя в красном сидела рядом со мной на бортике, свесив в воду длинные ноги, и болтала ими, поднимая брызги. Она флиртует, шутит, ей весело. Глаза шальные, хоть сейчас веди в спальню. А может прямо здесь, на бортике?
А Вера в чёрном стояла в стороне, у шезлонга. Будто надсмотрщик какой. Так и сверлила всех нас глазами.
В какой то момент, я не выдержал, схватил ее за талию, затащил в бассейн. Визг, смех… Вера вынырнула, брызнула в меня водой. А я в нее. К Мыскиной присоединилась Оля. Ко мне Валя. И мы устроили настоящий мокрый баттл.