— Что это? — Смотрю в тёмный экран. Мой мозг отказывается соображать. Я ни жива ни мертва сейчас.
— Включи, — я, словно ныряя в бездну, нажимаю на кнопку «Плей», совершенно не понимаю, что меня ждёт. — Я визуал, Дана, как ты, наверное, уже успела понять. Мне очень понравилось, что я увидел у себя дома, но еще больше мне понравилось то, что я увидел сегодня в кабинете Луизы.
Пальцы немеют и становятся тяжелыми, будто их изнутри зацементировали. С титаническими усилиями зажимаю бегунок плеера и отматываю запись на момент, как Даня только входит. Его видно только со спины, а вот я представлена в полной красе.
Эта запись может уничтожить и меня, и маму. Я в безвыходном положении. Когда Даня с сестрицей грозились мне другим видео, я в душе успокаивала себя тем, что Игорь сможет решить этот вопрос в крайнем случае. Решил. Своим видео.
— В-в-в-ы мне угрож-ж-жа-ете? — Мой голос дрожит. Чувствую себя малюсенькой рыбкой рядом с пастью мегалодона. Хватаю стакан с водой и судорожно шарю взглядом по залу в поисках Дани. Мне нужна поддержка, опора. Зачем я согласилась на эту встречу? Это даже не погружение в клетке к акуле. Это просто заплыв с кровоточащей раной.
— Солнышко, ты постоянно делаешь неправильные выводы. Надо с этим поработать, — Игорь делает глоток вина с задумчивым видом. — Мне понравилось смотреть на тебя и твоего бойфренда, и я бы хотел увидеть больше. Для начала на записи.
Я давлюсь водой, когда до меня доходит смысл сказанного. Для начала на записи? А потом что? В первом ряду? Совсем как я тогда…
От диковенности происходящего меня бросает в ледяной пот. Ладони и стопы покрываются холодной липкой испариной, и моё пребывание рядом с этим мужчиной становится совсем невыносимым.
Я будто попала в серию «Чёрного зеркала». Окно Овертона в действии. Сначала я застала Даню на сцене. Пока я не знала участников действия, меня как шокировало, так, надо быть честной, и возбудило это действо. Все трое предавались утехам с такой отдачей, что хочешь не хочешь, возбудишься. Затем мамин любовник начинает за мной ухаживать, намекая на интим, я мучаюсь от этих мыслей, но оказывается, что он хочет лишь смотреть. И вот его предложение не кажется мне уже таким ужасающим по сравнению с первоначальным предположением.
А может, он это всё и подстроил изначально? Да нет, бред. Игры разума меня просто разматывают. С одной стороны я в шоке и хочу сбежать, а с другой я его где-то понимаю…
От осознания собственной порочности испытываю страшную неприязнь к себе и сверлю взглядом вилку. Опять это чувство! Даня, да где же ты?