— Да! Да! Да! — Данин тугой язык погружается в мою вагину, и я выгибаюсь ему навстречу. — Сукин сын! Выеби меня!
Произношу и принимаю его практически на всю длину, немного давясь.
— А! — Слышу чужой вскрик, не вынимая члена изо рта, поворачиваю голову и вижу в дверях женщину. — Даня, это ты?!
— Labdien! — Выплёвываю член и здороваюсь, и в ту же секунду дверь хлопает. Спрыгиваю с Дани и забираюсь под покрывало.
— Блядь! Мама вернулась, — вздыхает Даня. — А что ты ей сказала?
— Я? Не помню! — В шоке отвечаю и трясусь, как от лихорадки. Познакомились… Она слышала про сукиного сына? Чисто формально я её сукой назвала? Боже! Я никогда не смогу взглянуть на неё. Какой позор!
— Ну типа ладно или что-то такое.
— А! Лабден? Добрый день по-латышски. На автомате вышло.
— Бляяядь! — Начинает ржать Даня и тянется вниз за вибрирующим телефоном. — Сладкая, мама спрашивает, ей свалить или приготовить нам обед?
— Сладкая моя, ну не переживай ты так! — Даня устраивается у меня между ног, гладит бёдра и покрывает живот нежными поцелуями. — Такое бывает, ничего мегастрашного не произошло!
— Ага! Конечно! — Перебираю его волосы меж пальцев и стараюсь утихомирить свою подступающую истерику. — Твоя мама буквально видела у меня всё! Она решит, что я шлюха последняя.
Хочется убежать на край света и никого и никогда не видеть. Это же катастрофа! Самая настоящая катастрофа! Мало мне было пиздеца! Получите и распишитесь за премиум подписку отборной жести!
— Не решит, — чмокает мой лобок. — Я сказал им, что я твой единственный и у нас любовь.
— Что? — Отрываю его, как котёнка за шевелюру, и заставляю посмотреть на себя. — Зачем?
Поверить не могу, что он вслух сказал «любовь». Сердце стучать начинает от переизбытка дофамина. Неужели это взаимно? Нет, я вижу его желание, его отношение, но о любви даже помыслить боялась.
— Чтобы обозначить свои серьёзные намерения и чувства. И не плясать под их дудку.
— У тебя серьёзные намерения?
— А-ха-а! — Даня играет в меня, как в куклу. Абсолютно без всякого эротизма жмякает грудь и с неподдельным восторгом следит за колыханиями.
— Дань! — Смеюсь, — ну что ты делаешь?
— Представляешь, какие у тебя будут сиськи во время беременности и кормления? Охуеть можно.
Смотрю на его игрища и понять не могу. Он серьёзно? Любовь, серьёзные намерения, теперь представляет, какая у меня грудь будет во время беременности. Лежу и пошевелиться боюсь. Чувствую и смятение, и упоение, и предчувствие чего-то особенного.
— Не думала об этом.
— А я только об этом и думаю, — говорит Даня и обратно припадает губами к лобку.