— Когда я пришел в себя, первое, что потребовал — это увидеть тебя. Но они тянули время, придумывали дурацкие протоколы безопасности. А потом отец признался, что тебя там просто не было. — Он сглотнул. — Я был в ярости. Готов был разнести все. Когда отец меня хоть немного успокоил, то я потребовал твои вещи, в них был этот кулон и кольцо. Я сохранил все это, Сиси, потому что знал как для тебя это важно. — Джаспер взял сломанной рукой локет и покрутил его в пальцах, — для меня этот кулон тоже стал важным.
Нас накрыла тишина. Слова Джаспера эхом отдавались в голове, но вместе с облегчением внутри всё сильнее разрастался привычный, защитный барьер. Я смотрела на него и понимала, кем он является на самом деле. Старшим оперативником. Мастером вербовки, контроля и маскировки.
— Я не могу довериться человеку, который способен манипулировать мной, — твердо произнесла я, глядя ему прямо в глаза. — Ты можешь копаться в головах людей и заставлять их делать все, что вздумается. Как я могу верить в то, что ты не сделаешь то же самое со мной?
Джаспер выдохнул, и на его губах появилась усмешка. Он перехватил мою ладонь и прижал её к своей груди.
— Я не влиял на твою волю с момента твоего воскрешения. И никогда этого больше не сделаю, — спокойно произнес он. — Ты хочешь знать, что чувствует человек, когда его разум в моих руках? Каково это — когда твоё «Я» полностью заменяется моим приказом? Если ты действительно боишься этого — я могу показать. Прямо сейчас. Предлагаю тебе ощутить это на себе. Я хочу чтобы ты раз и навсегда поняла: то, что происходит между нами — это только твой выбор.
Солнце ещё только поднималось над горизонтом, но на взлётно-посадочной полосе уже стояло удушающее, плотное марево. Августовский зной накатывал волнами, смешиваясь с раскалённым керосиновым выхлопом тяжелых «транспортников». Воздух над бетоном дрожал, а металл обшивки вертолётов успел нагреться так, что к нему было невозможно прикоснуться. Гул лопастей закладывал уши, поднимая в воздух тучи обжигающей сухой пыли.
Я стояла в тени хвостовой части ближайшего вертолёта, чувствуя, как пот уже стекает по спине под тяжёлой формой. Я помогала Мухе проверять подсумки на разгрузке. Чуть дальше, у открытого грузового люка, Тедди и Техас закидывали внутрь фюзеляжа тяжелые тактические сумки с дополнительным снаряжением, сверяя что-то по планшету. Все были сосредоточены на своих задачах. Перед операцией мозг всегда отключает лишние эмоции, оставляя только холодные профессиональные рефлексы. Много мыслей вызывает панику.