Лянь молчала, ей просто нечего было сказать, ведь моя история перевернула её представление об учителе и обо мне. Теперь она видела перед собой не просто злодея, жаждущего власти, а продукт жестокого воспитания, сломанный инструмент, который вдруг обрёл собственную волю.

И ведь не сказать, что я врал ей. Манипулировал – это да, однако это всё действительно происходило и действительно оставило сильный след на молодом Тай Лунге, которому после этого часто снились кошмары…

— Иди спать, Лянь, — сказал я, снова закрывая глаза. — Завтра тяжёлый день.

Я слышал, как она ещё минуту сидела неподвижно, переваривая услышанное, а затем тихо встала и, не сказав ни слова, направилась обратно к лагерю. Но её шаги были уже не такими уверенными, как раньше…

***

Взгляд со стороны

Тем временем у костра царило напряжённое ожидание, Неистовая Пятёрка сидела тихо, изредка подбрасывая ветки в огонь.

— Я всё ещё думаю, что это безумие, — пробормотал Тянь Хэ (Журавль), нервно поправляя шляпу. — Мы действительно собираемся просто провести его в Нефритовый Дворец?

— Не ной, — отмахнулся Обезьяна. — Мы возвращаемся домой после неудачной битвы, а он просто… попутчик. Опасный, это да, зато вроде мирный… Ну, относительно… А ещё… — Ву Конг огляделся по сторонам, убедившись, что Тай Лунг и Гадюка всё ещё не вернулись, и наклонился ближе к остальным. Его лицо, обычно весёлое, стало серьёзным. — Я знаю, как нам избежать бойни во Дворце.

— Опять та твоя идея с лапшой? Тебе не надоели эти шутки? — фыркнул Богомол.

— Никаких шуток, я серьёзно. Мы просто должны накормить его!

Тигрица подняла голову, её глаза сверкнули в свете костра.

— Ты предлагаешь устроить ему праздничный пир? После всего что он сделал? Ты действительно думаешь, что это может сработать?

— Я предлагаю спасти наши шкуры и шкуру Мастера! — зашипел Ву Конг. — Вы же и сами всё видели! Тай Лунг не хочет нас убивать, он хочет признания и… еды. Он двадцать лет ничего не ел! — Он сделал паузу. — Мы все пробовали лапшу По, вот и скажите мне честно, есть ли в мире что-то вкуснее?

На поляне снова воцарилась тишина. Все помнили тот вкус. Насыщенный бульон, идеально сваренная лапша…

— Она… действительно хороша, — неохотно признал Тянь Хэ (Журавль).

— Она восхитительна! — надавил Ву Конг. — Если мы уговорим По приготовить для Тай Лунга лапшы, это может сработать. Как говорится, «Сытый зверь – добрый зверь». Мы выиграем время, успокоим его, а там, глядишь, и Шифу что-нибудь придумает, может они даже помирятся!

— Это глупо, — отрезал Богомол. — Мы не можем рисковать всем, ставя на план, построенный на лапше.