И, отыскав в покосившейся ограде подходящую по размерам дыру, я напрямик через глубокие сугробы выбрался на улицу Ленина и поспешил к учебной базе Братства.

Главное, чтобы кто-нибудь из старых знакомых сегодня дежурил, тогда «Сферу безветрия» или хотя бы «Щит веры» из списанного имущества точно получится прикупить. Братьям такое барахло без надобности, а мне сгодится.

До бывшей школы, которую перестроили в учебку Братства, добраться удалось ещё засветло, поэтому изредка попадавшиеся навстречу дружинники на одинокого прохожего никакого внимания не обращали. Они идут, и я иду, и мы друг другу нисколько не интересны.

Вот и чудненько.

Территорию школы ограждал высоченный бетонный забор, поверху шли заостренные железные штыри, а на углах возвышались сторожевые вышки, предназначенные не столько для отражения нападений, сколько для устрашения собравшихся в самоволку курсантов. Сколько помню, на них всегда проштрафившихся братьев в наказание загоняли.

Там я свернул на зады, подошёл к служебным воротам и дёрнул за шнурок звонка.

Пару минут ничего не происходило, потом открылась смотровая щель, и раздался смутно-знакомый голос:

— Чего надо?

— Клим у себя?

Послышался лязг запора, дверь приоткрылась.

— Ты, Лёд, что ли? Заходи.

Дважды просить меня не пришлось, я поздоровался с охранниками — лица помню, а имена давно из головы вылетели — и направился в обход бывшего футбольного поля к обшарпанному трёхэтажному зданию.

Несмотря на поздний час, курсантов на улице хватало. Пятеро всадников, преодолевая препятствия из брусьев, скакали по беговой дорожке; три десятка латников отрабатывали слаженное передвижение в каре, вокруг крутилось сразу несколько инструкторов, которые поддерживали чёткость боевого построения криками и ударами дубинок по глухо гудевшим щитам. Чуть дальше тренировались арбалетчики.

— Пли! — дал отмашку стоящий поодаль от мишеней наставник; cудя по подбитому мехом тёмно-серому плащу — офицер.

Восемь стрелков вскинули арбалеты, выпустили болты в набитые соломой тюфяки, и сразу:

— На колено, перезаряжай! Вторая линия, пли!

По большому счёту, за Братством будущее. Патроны постоянно дорожают, нормальное огнестрельное оружие доставать становится всё сложнее и сложнее. Лет через десять-пятнадцать даже Город примет на вооружение мечи с луками и пересадит своих рейнджеров на лошадей.

Иногда, подвыпив, я начинал рассуждать на эту тему, и меня немедленно затыкали вопросом: «Сам-то почему не в Братстве?».

Приходилось отшучиваться.

А так всё просто: эти десять-пятнадцать лет ещё пережить надо. Полностью отказаться от огнестрельного оружия в надежде сделать карьеру в Братстве? Не для меня. Нет у меня необходимых для этого физических данных. Умереть лишь из-за того, что под рукой не оказалось дробовика? Глупо. Я уж как-нибудь сам по себе.