— Сюда! — прокатился по конюшне дикий вопль Ветрицкого. — Сюда-а-а!!!

— Макс! Помоги ему! — прохрипел я, пытаясь плечом прикрыть горло от шарившей по фуфайке руки вампира.

Дубин отлип от стены, ошалело мотнул головой и поспешил на подмогу лучнику; мгновенье спустя от двери послышались короткие, в два патрона очереди «Абакана».

А я продолжил кромсать вампира. Нож угодил в хребет и застрял между позвонками; пришлось качнуть рукоять вправо-влево, прежде чем удалось высвободить остриё. А как высвободил — ударил, метя в то самое место. И попал!

Клинок перебил спинной мозг, и тело вампира выгнулось в агонии, но я не переставал орудовать ножом до тех пор, пока его голова не осталась болтаться на волосах.

Ну что, тварь, попробуй новую черепушку отрастить! Или эту приживить!

Откромсанная голова полетела в дальний конец конюшни, где в стойлах бесновались одуревшие от стрельбы и запаха крови лошади, но радоваться успеху было рано: на улице загрохотали ружейные выстрелов; привязанный напротив двери конь вскинулся на дыбы, забил копытами и повалился на пол.

Оп-па! Я поспешно откатился к стене, сунул нож в чехол и осторожно перебрался к парням.

Тяжело дышавший Ветрицкий прислонился к стене, Макс укрылся с другой стороны двери и перезаряжал автомат, а Ворон осторожно выглядывал из-за поддерживающего крышу столба. Заряды дроби вхолостую выбивали щепки из стен и косяка.

Вхолостую? Как бы не так!

Стрелки заставили нас спрятаться и прекратить огонь, а если вампиры перебегут через двор и ворвутся в конюшню, нам крышка. Живьём схарчат.

Отодвинув Ветрицкого, я краем глаза выглянул в дверь и лишь чудом успел спрятаться обратно, прежде чем взорвался мелкой щепой деревянный косяк.

Картечь. Картечью садят.

Дела наши, откровенно говоря, обстояли не ахти: испуганные стрельбой лошади унеслись в дальний угол двора и там их подстрелили хуторяне. Теперь и до вещей не добраться, и на санях не уехать. Да ещё вампира со стрелой в боку уже затащили в дом и, значит, новая атака последует с минуты на минуту.

Кровь из носу надо подавить их стрелков! Кровь из носу — да…

Вот только Николай со своим луком был сейчас абсолютно бесполезен: не шибко толстые доски сеней, тем не менее, прекрасно защищали от стрел. Пули, разумеется, прошьют их насквозь, но простой свинец кровососа надолго не успокоит. Хотя, если пуля попадет в ружьё… Пуля…

Куда мой вещмешок Ветрицкий кинул? Вот он!

Я вытащил из мешка гранатную сумку и, широко размахнувшись, катнул её по полу к Максу.

— Приготовьтесь! — скомандовал я. — Макс, одну гранату и только в сени. Я и Ворон тебя прикроем. На счёт три!