Я убрал её руку и поставил стул так, чтобы сидеть к девушке лицом.

— Кто это тебя? — отложив сигарету в пепельницу, поинтересовалась она, когда официант отправился выполнять заказ.

— Так, не повезло, — отмахнулся я. — Не знаешь, какие у «Синего доктора» побочные эффекты?

— Тебе видней.

— Я серьёзно.

— Ну, если серьёзно… — Катя задумалась и начала перечислять: — Одышка, сильное расширение зрачков, учащенное сердцебиение, повышенное потоотделение. Также могут наблюдаться головокружение, приступы беспричинного страха и обострение симптомо-комплексов различных психических заболеваний.

— А вспышки немотивированной агрессии?

— Это уже твоё личное.

Вернувшийся официант выставил перед Катей высокий бокал с лимонно-жёлтым коктейлем. Она последний раз затянулась, потушила сигарету и потянула напиток через соломинку.

Макс развернулся на стуле и начал рассматривать висящую над баром картину.

— Хорошо здесь, публика приличная, но только охрана чересчур наглая, — поведал он, попивая вино из принесённого с собой бокала. — Я одного с кривым носом чуть не прибил. Кстати, что мне за него было бы? Он же частное лицо, так?

— Ты раньше с законом неприятности имел? — уточнила Катя.

— Нет.

— Тогда до стены бы прогулялся.

— Это как? Расстрел, что ли? Вот так сразу? Да он первый быковать начал!

— Да не расстрел, не волнуйся! — успокоила его Катя. — Тем, кто первый раз серьёзно залетает, при наличии смягчающих обстоятельств предлагают на выбор или срок в штрафном отряде или прогуляться до стены.

— Это как?

— Выводят за городские стены полуголого, без оружия и еды. И дают время, чтобы к стене Форта подобраться. Подберётся — молодец, не сумет — труп.

— Не понял, а в чем смысл? — захлопал глазами Макс.

— Всё просто, — решил я закрыть неприятную тему, — человеку дают шанс начать жизнь сначала. И все в выигрыше: гарнизону тренировка, букмекерам ставки. В последнее время, правда, сразу в штрафной отряд отправляют — чего-то с тотализатором не заладилось. А, может, людей в штрафном отряде не хватает…

— То есть, завалил человека — прогулялся до стены и живи спокойно дальше?

— До стены доходит хорошо если каждый двадцатый. Но тебе это не грозит. Патрульных прямиком в штрафники отправляют.

— Ты Скользкого слушай, он знает, о чём говорит, — улыбнулась Катя, и меня аж передёрнуло.

Не нравились мне подобные намеки. И разговоры о прогулке до стены тоже не нравились. До сих пор кошмары снятся, как ползу по заснеженному полю, а лучи прожекторов подбираются всё ближе и ближе. До мёртвой зоны всего ничего остаётся, но руки-ноги скользят, с места никак сдвинуться не получается, и прожектор высвечивает…