— Дверь открыл?

— Открыл, но ещё полчаса потом с ножом во рту ходил — пока тот от губ не отмёрз.

Я усмехнулся. Если Макс не брешет, то ротный был просто счастлив отделаться от таких бойцов хотя бы на время.

— Оп-па! — от неожиданности дёрнулся Макс, когда электрические лампы на мгновенье погасли и загорелись потом уже куда тусклее. — Это что ещё за фигня?

— На стене прожекторы включили. Что-то рано сегодня, — ответил я и в это время кто-то подступил сзади и прикрыл ладонями мои глаза.

Я вздрогнул от неожиданности, но поскольку аромат духов оказался знакомым, разжал пальцы, уже стиснувшие рукоять ножа.

— Не знал, что ты подобные заведения посещаешь, — произнёс, спокойно откинувшись на спинку стула.

— Решила развеяться, — улыбнулась Катя, опустилась на соседний стул и, вытащив из пачки тонкую сигарету, прикурила от изящной серебряной зажигалки. — И сразу так повезло. Просто чудо какое-то!

Хороша, чертовка! Она и раньше дурнушкой не была, а уж с подведенными глазами, мастерски наложенным, но вместе с тем неброским макияжем и якобы в беспорядке растрёпанными волосами — уверен, парикмахер над этим беспорядком трудился никак не менее часа — была и вовсе неотразима.

Впрочем, я мог быть необъективным. Я её любил.

— Как у тебя дела? — спросил у неё, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Дела как сажа бела, — звонко рассмеялась девушка, поправила рыжеватые волосы с обесцвеченными прядями и уставилась на меня своими зелёными глазищами. — Сам как?

— Живой как видишь. — И многозначительно добавил: — А вот сёстры, смотрю, не бедствуют.

Серьги белого золота, цепочка с отделанным бриллиантами и изумрудами кулоном, кольцо с сапфиром и брошь-паутинка на кофточке говорили о достатке куда выше среднего.

— Приходится крутиться.

Подошёл официант, заменил пепельницу, замер с блокнотом около столика.

— Что будете заказывать?

Макс и начал подниматься из-за стола, намереваясь оставить нас наедине, но поймал мой взгляд и опустился обратно.

— Мне «Июньскую зарницу», — выбрала Катя. — Тебе, Лёд, что?

— Бокал иллюзий и льда не забудьте добавить.

— Простите? — не понял шутки официант.

— Не паясничай, Скользкий, — погрозила девушка пальцем. — Ему «Амнезию». Я правильно помню — это твой любимый коктейль?

— Извините, — бедный парень совсем растерялся, — но в нашем перечне такого коктейля нет. Если вы скажите, как его готовить…

— О, это очень просто: двести граммов коньяка и пол-литра тёмного пива. Не взбалтывать, не смешивать, подавать отдельно.

— Спасибо, ничего не надо, — помотал я головой.

— Ты никак с похмелья? — пристально уставилась на меня Катя, а потом вдруг ухватила за подбородок и развернула лицом к свету. — А! Нет, знаете, он ничего не будет. Только «Июньскую зарницу», пожалуйста.