«Девять месяцев зимы, три месяца ада». Старая кастильская поговорка почти никогда не подтверждалась: дождь в Мадриде шел не больше десяти дней в году. Но Маделин не повезло: 22 декабря 2016 года оказалось как раз таким дождливым днем, и она, оказавшись в испанской столице, с сожалением вспомнила парижскую погоду.

После тяжелого перелета – самолет уже был готов взлететь, но потерял свое «окно вылета» из-за больного пассажира, которого пришлось выгружать в связи с приступом, – Маделин приземлилась в аэропорту Барахас с двухчасовым опозданием и погрузилась в веселье, непременно сопровождающее такого рода путешествия. Это были те самые осложнения, что выводили из себя Гаспара: переполненный аэропорт, измученные пассажиры, унизительное чувство, что тебя низводят до статуса скотины. Опоздавшему самолету не полагалось «рукава», и пассажиры набились в автобус. Потом Маделин досталось такси-развалюха, провонявший табаком и потом, душный драндулет, в котором она протомилась битый час из-за пробок, вызванных неделей предрождественского шопинга, под надоедливые звуки испанской эстрады, лившиеся из радиоприемника, настроенного на местный поп-канал. К пятидесяти здешним исполнителям хитов относились Mecano, Los Elegantes, Alaska, Dinarama…

«Кутанс меня заразил!» – мысленно ахнула она, оказавшись на улице Фуэнкарраль, в эпицентре Чуэки, оплота мадридского гей-сообщества. Опасность была нешуточной: лишь бы не пасть жертвой пессимистического взгляда на мир. Если смотреть на жизнь через черную призму Гаспара Кутанса, то результатом может стать пуля в висок.

Нет, только оптимизм, и побольше! Таксиста она успела возненавидеть, тем не менее не поскупилась на чаевые. В отеле никто не помог ей поднести багаж, но она сказала себе, что это лишнее. Номер, заказанный в спешке, навевал тоску видом из окна на стройку и на ржавый башенный кран, но она и в этом отыскала своеобразное очарование. Кроме того, после операции ей нужен будет отдых, и она попробует найти себе местечко поживописнее.

Не унывать. Не падать духом. Забыть про хаос, каким была ее прежняя жизнь, про Шона Лоренца, про несчастье с его сыном, про свои старания опередить Кутанса. Сосредоточиться на созидании будущего, которое она себе выбрала.

В четыре дня Гаспар пообедал в кухне, стоя, баночкой сардин и бескорковым хлебом. Хорошо, что хоть не всухомятку – съеденное он смыл, давясь, лимонной перье.

Позже он по уже установившейся привычке поставил на проигрыватель старую джазовую пластинку из коллекции Шона Лоренца и, переместив в гостиную ящик на колесиках с корреспонденцией художника, приступил к разбору этого необычного архива.