Маделин помедлила. К чему расстраивать старушку печальными известиями?

– Все хорошо, не беспокойтесь за него.

– Может, вы и славная, но врушка, – заявила учительница.

– Ваша правда, Нелла. Вы заслуживаете, чтобы вас не обманывали. Адриано умер почти два года назад.

– Это как-то связано с вашим расследованием из-за художника. Иначе вы бы ко мне не приехали.

– Откровенно говоря, об этом я еще ничего не знаю.

Чтобы не распространяться о гибели полицейского, она сменила тему.

– В конце жизни Эрнесто страдал раком горла. Похоже, Адриано взял его к себе. Возможно это, как по-вашему?

Нелла расширила глаза. Ее зрачки под линзами очков стали огромными.

– Если это правда, остается удивленно развести руками. Я была бы поражена, проникнись Адриано христианским всепрощением.

– Что вы хотите этим сказать? – спросила Маделин, наливая ей чай.

– Тот, кто не подвергался пыткам, не способен представить эти муки. То, что выпало на долю Адриано, длительность его мучений – все это не могло на него не повлиять. Лучше не думать о том, какие у него были нарушения психики.

– На что вы намекаете?

– Не намекаю, милочка, а говорю как есть: в какой-то момент с болью и ненавистью становится невозможно совладать. Так или иначе это должно было обернуться бедой для него самого или для других.

Уклончивость бывшей учительницы заставила Маделин открыть последнюю дверь.

– Лесной царь – говорит это вам о чем-нибудь?

– Нет. Похоже на марку садовой мебели.

Маделин с сожалением встала.

– Спасибо за помощь, Нелла.

Ей понравилась эта женщина. Вот бы иметь такую бабушку! Прежде чем уйти, она высказала сомнение, не дававшее ей покоя с момента прихода.

– Этот здешний медбрат…

– Хорас?

– Да. Он хорошо с вами обращается? У него странный вид.

– Вот вам еще одно подтверждение того, что внешность обманчива. Он молодец, не беспокойтесь. У него за плечами тоже невеселые годы.

Словно подслушав речи Неллы, вся веранда заскрипела и заходила ходуном от порыва ветра, превзошедшего силой все прежние. Маделин подняла глаза на стеклянный потолок, боясь, как бы он не треснул.

– Говорят, это учреждение вот-вот зароется?

– Да, через три месяца.

– У вас есть план Б?

– За меня не тревожьтесь, я присоединюсь к мужу.

– Я думала, он умер.

– Еще в тысяча девятьсот девяносто шестом году.

Маделин не понравился этот поворот разговора.

– По-моему, вам это не грозит. Вы выглядите крепкой.

Старушка отмела жестом ребяческие ободрения. Маделин уже шла в сторону гостиной, когда у нее за спиной прозвучало:

– Не знаю, что вы ищете, но вы этого не найдете.

– Вы ясновидящая?