«Только не перебей там всех», — хохотнул друг.

Вскоре Тарх преодолел два опасных участка дороги, где могли быть засады, — перед тем, как ехать, он расспросил местных, из Паграбы. Последний поворот — и вот он у цели. Нависающие над головой скалы раздвинулись, окоем раздался вширь, и перед глазами предстало сухое каменистое плоскогорье, затянутое дымом.

Раньше здесь Бык никогда не был — незачем. Что он забыл в имперских землях? Тарх сплюнул коню под ноги. Вдруг он увидел, как сбоку мелькнуло что-то, и привычно наклонился, пригибаясь к Сильному. Высоко над головой прожужжала пара дротиков, звякнув о камень далеко за спиной. Жеребец уже нес седока к горе-стрелкам. Те засели на высоком валуне. Они прозевали удачный момент для нападения — и теперь пожалеют об этом.

Тарх вихрем влетел в мертвую зону для стрелков, вскочил на круп Сильного и мигом оказался на площадке, лицом к лицу с неприятелем. Один из них бросился к Тарху с поднятым над головой тесаком, но Бык, не останавливаясь, двинул ногой ему в грудь и смахнул с валуна. Второй лапал рукоять уродливого тесака, но оружие запуталось в неправильно налаженной перевязи и не вылезало из ножен. Тарх своей огромной лапищей прижал руку неприятеля к его бедру и упер острие кинжала под подбородок. Тот замер и громко сглотнул, дернув кадыком.

— Ты говорить-то умеешь? — спросил Тарх на имперском.

— Ум-мею… — еле слышно прошептал пленник, боясь широко раскрывать рот.

Тарх отнял кинжал от горла незадачливого нападающего, перерезал перевязь и вытащил широкий тесак.

— Садись, — велел он восставшему рабу. Тот послушно плюхнулся на расстеленные шкуры. Тарх оценил самодельное ложе и хмыкнул:

— Спали, что ли?

Взгляд собеседника вильнул, и Бык понял, что угадал. Он посмотрел на тесак в своей руке, взвесил его и спросил:

— У дорожников взяли?

— Не, в Старом посту. Там и оружия-то другого нет, — торопливо ответил раб.

«Неплохо, неплохо. Они уже и Старый пост взяли. Зря я с Роконом спорил. Бывших рабов, конечно, не бывает, но эти и впрямь на что-то сгодились. Может, зря я приехал и они и без меня все сделали бы?»

— Где же твой приятель? — спросил вслух Тарх и выглянул за край площадки. Внизу лежало тело упавшего. Он не шевелился, голова неестественно вывернута.

«М-да. Это неловко вышло. Может здорово разозлить рабов. Впрочем, разберемся».

— А приятель твой — все, — сказал он собеседнику. — Летать не научился. Кто вас сюда поставил-то, малахольных?

— Так Плак же… — прошептал раб. Пугать его не пришлось. Он и так боялся огромного воина в кольчуге, что легко запрыгнул на такую верхотуру и моментом упокоил напарника.