— Это его проклятие было на Фризии? — спросила Маргарете.
— Да. Но вся беда в том, что… ни один светлый высший не смог снять это проклятие и разобраться с черной магией. Поэтому мы вынуждены были заручиться поддержкой господина Райнера-Наэра.
Маргарете перевела взгляд на меня.
— Выходит, Эгихард не высший светлый? — произнесла дочь герцога пораженно и я заметил, как она начала дрожать. — Значит… Черный маг? Еще один? Но как это возможно⁈
— Черный маг, который на нашей стороне, как бы абсурдно это ни звучало, — произнесла Маделиф. — Господин Райнер-Наэр давно находится под защитой Объединенного Совета магических Гильдий. На днях об этом будет объявлено официально.
Но Маргерете, похоже, уже не слышала последних слов волшебницы. На лице ее отразился ужас, а по глазам я понял, что добился своего — никакого брака не будет, даже несмотря на угрозу потери наследства. Я едва заметно усмехнулся и подмигнул девушке. В тот же миг она с тихим стоном потеряла сознание.
Я уложил бесчувственную девушку на софе и отошел. Рядом с ней присела Маделиф, пытаясь привести дочь герцога в сознание. В этот момент дверь открылась в гостинную вошел Карлфрид. Окинул представшую картину недоуменным взглядом и на его лице отразилось изумление.
— Маделиф, это то, что я думаю? — произнес он. — И как на это отреагировал господин Райнер-Наэр? Наложил на Фризию новое проклятие?
— Едва удержался, — произнес я мрачно. — Вы тут что делаете?
Карлфрид показал конверт.
— От господина Прегиля. Получил и срочно поехал сюда. Дело не требует отлагательств. Думаю, скоро аналогичное письмо, но от короля, получит герцог.
— Что же там? — Маделиф протянула руку.
Карлфрид отдал ей конверт, посмотрел на меня.
— У Прегиля — предупреждение. Король отправил герцогу послание, что узнал о состоянии его здоровья и гибели наследников. Поскольку его светлость уже считается недееспособным, управление герцогством перейдет под прусскую корону, когда закончатся эти сутки.
— Не слишком ли король торопится? — помрачнев произнесла Маделиф, пробежав глазами послание, и передала письмо мне. — Хорошо, что у Базилиуса хватило ума предупредить нас.
— Я бы выразился точнее — подстелил себе соломки, — заметил я, прочитав письмо.
— Что вы теперь намереваетесь делать, Маделиф? — спросил Карлфрид.
— Нужно, чтобы герцог подписал бумаги, пойдемте, Карлфрид.
— Какие бумаги? — поинтересовался я.
— У вас обоих еще будет время подумать до конца дня, — заметила Маделиф. — Эгихард, приведи, пожалуйста, девушку в сознание.
Они ушли. Выругавшись, я присел на софе рядом с Маргарете. Посмотрел на бледное лицо, увидел как темно-рыжие ресницы чуть дрогнули, как и уголки губ, обозначив совсем легкий намек на улыбку. А еще я понял, что она лежит, затаив дыхание.