— Ваш Чистослав — просто чертов «гений», ага.
— Не нужно его недооценивать, господин Райнер-Наэр. В Гильдии Богемии находится самый мощный прибор, который позволяет заглядывать в будущее. И если в остальных Гильдиях в основном озадачены анализом исторических событий с целью избежать войн между странами и тому подобным, то в Гильдии Богемии занимаются техническими разработками. Они заимствуют их из будущего. Часть внедряют раньше, часть навсегда остается доступной только для магов.
Я нахмурился и откинулся на стуле. Аппетит у меня что-то совсем пропал после услышанного.
— Скажите, Карл, а Гильдия Богемии не причастна ли случайно к делам магистров из Ирландии? — с подозрением произнес я.
Карлфрид улыбнулся.
— Более того, ваш дядя Даллан тоже учился у Пражском Университете. Правда уже в престарелом возрасте. Он выиграл какой-то учебный грант.
Тут я уставился на Карлфрида в полнейшем изумлении.
— Мой дядя был темным магом. Каким образом это возможно?
— Для этого там существует специальный темный факультет. Но разумеется о нем никто не знает из высших светлых.
Я пристально изучал Карлфрида. Голова у меня от узнанного за день уже снова кипела. Получается, что все разработки антимагического оборудования вполне возможно дело рук не только моего почившего в дозе дядюшки. И если ими занимался не только он в Ирландии, а еще и маги из Гильдии Богемии, значит… Значит все было плохо. Я понял, что в ближайшее время мне надо срочно наведаться домой, вызвать дух дяди Даллана, заключенный в хрустальный графин из-под виски, и расспросить его более основательно, нежели мы делали с Финбарром в прошлый раз. Кузен, словно почувствовал, что я подумал о нем, оторвался от еды, посмотрел на меня.
— Карлфрид тебе уже во всем признался? — спросил он.
— Пока еще не во всем. Потом расскажу.
Финбарр кивнул и вернулся к еде. Я, попросив чашку у кобольдов кофе, вернулся к расспросам.
— И к каким магам вы относите себя? — полюбопытствовал я у Карлфрида. — Вы же, по идее, высший светлый. Однако пошли на предательство. И не знаю, что вы за свою жизнь еще сделали для Богемии, какие границы преступили.
— Да, пожалуй, я все же высший светлый. Никаких преступлений я за свою жизнь не совершал.
— Кроме предательства интересов Фризии.
— Это объясняется еще и тем, к каким магам я отношусь. Я про магов, что поклоняются драконам.
Я хмуро смотрел на него.
— А теперь, расскажите про это поподробнее.
Карлфрид плотнее закутался в плед, словно до сих пор не смог согреться. Его взгляд опять обратился к огню, жарко горящему в камине: маг словно собирался с мыслями. Наконец он повернулся ко мне.