— А ты как думал? — усмехнулся Руслан. — Фирма веников не вяжет!

На большой вывеске над входом я вслух прочитал:

— «Российский институт стратегических исследований»? Это же…

— Бывший «НИИ разведывательных проблем ПГУ КГБ СССР», — как будто угадав мой следующий вопрос, пояснил Руслан, распахивая дверь микроавтобуса и готовя кресло-каталку.

Внутри института царила атмосфера консервативной научной основательности и строгие «возвышенные» лица людей «от науки» в коридорах. Но, неожиданно для меня, Руслан повез каталку вниз, в подвальное помещение, которое оказалось вовсе не мрачным пыточным подземельем, наследием «страшного и ужасного» КГБ, а современным, блестящим сталью, стеклом и огромными мониторами продвинутым технопарком.

А за бронированной дверью с биометрическим замком скрывалась лаборатория Гордеева — настоящий футуристический оазис, резко контрастирующий с казенными стенами НИИ.

Пока Гордев закатывал меня внутрь, я не выдержал и спросил:

— Руслан, откровенно. Почему именно здесь? Ведь ты вполне мог устроиться и поближе к центру?

Руслан на мгновение остановил инвалидную коляску, его взгляд стал рассеянным, будто он заглянул куда-то вглубь себя.

— Мой дед работал здесь, — сказал он просто. — Еще в советские времена. С самого открытия. Решал свои, как он говорил, «особые задачи». Он пропадал здесь сутками. Для меня этот институт всегда был местом силы, храмом науки, пусть и очень специфической. — Он обвел рукой лабораторию. — Когда мне понадобилась серьезная база, я тоже решил устроиться здесь… Я обратился к президенту — ведь именно он является учредителем РИСИ. И мне пошли навстречу — предоставили те же помещения, где работал мой дед. Символично, правда? Я, как бы продолжаю его дело. Только мои «особые задачи» теперь немного другие…

Я кивнул, глядя на мерцающие огоньки сложной аппаратуры, на десятки различных мониторов и индикаторов. В этих стенах, пропитанных историей и секретами, его слова действительно звучали символично. Гордеев вновь тронул коляску, и мы двинулись дальше, вглубь лаборатории.

Он провез меня мимо рядов сияющих приборов в ту часть подвала, которая больше напоминала не научную зону, а комфортабельные жилые апартаменты. Мы проехали через уютную гостиную с мягкими диванами, телевизором и даже небольшой кухней-нишей, а затем свернули в коридор, где по обеим сторонам располагались двери.

Руслан остановился у одной из них и распахнул ее, показав просторную, почти роскошную больничную палату, набитую сложным, футуристическим на вид оборудованием.

— Вот здесь тебе и придётся проводить большую часть своего времени, — сказал Руслан, закатывая меня внутрь. — Не пугайся вида аппаратуры, большую часть дней она будет молчать. Считай это своим личным пятизвездочным номером с усиленным сервисом. Я, кстати, — он указал большим пальцем через стену, — практически тут же и живу, в соседнем блоке. Так что скучать не придется.