— Рэм Сергеевич[2], здравствуй дорогой — это Яковлев! — раздался голос генерал-майора, когда на том конце провода сняли трубку. — Да-да, и тебе не хворать… Супруга как? Дети? Да-да, обязательно соберемся… Шашлычок под коньячок, да… Только со временем у нас туговато, второй год уж как встретиться не можем… Чего звоню? Так просьба у меня к тебе… Нет, даже требование… Я твоего подполковника Собакина к своим сотрудникам больше на пушечный выстрел не подпущу! Да, совсем! Мало того, что хам и кляузник — это еще полбеды, своим непрофессиональным поведением он поставил под угрозу жизнь моего сотрудника и чуть не похерил работу государственной важности! Понимаешь?

Яковлев помолчал, слушая ответ. Он кивал, глядя в стену перед собой.

— Понимаю, Рэм, понимаю, — продолжил он, и в его голосе вдруг прозвучали ноты искреннего, хоть и сурового, сочувствия. — Слышал и про твои неприятности. Провалили задержание, субъект наблюдения мертв, груз упустили, на резидента не вышли… Да, тяжело. Позор, конечно. Знаю, что у тебя там сейчас творится. Сам бывал в таких ситуациях…

Он снова сделал паузу, давая Красильникову выговориться, излить накопившуюся желчь.

— Но, старина, не падай духом — возможно, не всё еще потеряно, — голос Яковлева стал чуть тише. — У меня тут кое-что проявилось… Есть обрывочные сведения, которые, возможно, прольют свет на эту историю. Может, и на груз наведут, и на резидента твоего. Откуда информация, говоришь? Информация специфическая, получена… э-э… так скажем, экспериментальным путем. Нуждается в проверке.

Генерал обернулся и бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд.

— Что нужно для проверки? Да всего ничего — выдели мне двоих твоих толковых ребят, не болванов, как твой Собакин, и авто с надежным водителем. Съездят кое-куда, глянут. Если информация верна — ты вытащишь свой отдел из этой жо… прострации, как тут у меня ребятки метко выразились. Договорились?

Яковлев выслушал короткий ответ, бросил в трубку:

— Жду твоих ребят через пятнадцать минут у проходной.

Повесив трубку на рычаг, он повернулся к нам.

— Ну что, «ясновидящий», — произнес он без тени насмешки, с одним чистым деловым интересом, — готов повторить свои показания оперативникам «двойки»? И показать им то самое место?

— Так точно, товарищ генерал-майор! Готов… как пионер, — добавил я, неожиданно улыбнувшись.

— Ну, Гордеев, смотрю, ты отходить начал, — обрадованно произнес Эдуард Николаевич. — Вы тут смотрите у меня — сами себя не угробьте! — И показал нам всем крепкий кулак. — А ты, — он ткнул пальцем в меня, — мухой в душ, и одевайся! Через пятнадцать минут ты уже должен быть на ногах и в ясном уме. Эти ребята из контрразведки долгих рассказов не любят. Факты, координаты, действия. Понял?