— Так, посмотрим… — Пяткин бормотал себе под нос. — Козырев. А, вот. Шкатулка класса «Г».

Он указал на одну из ячеек. В ней лежало то, что они забрали из моего дома. На вид обыкновенная шкатулка, резная, даже красивая.

— Почему родовое проклятие? — спросил я.

— Потому что наложено на род, конечно же!

— Расскажите, что вам удалось узнать?

— Так вы не собираетесь ее забирать? — удивился Пяткин.

— А должен?

— Сюда лично приходят только, чтобы забрать свои вещи. Тогда бы могли и не приходить сюда! Чего вы сразу не сказали-то⁈

Я не стал отвечать на этот вопрос, а собрал остатки терпения и стал ждать ответа.

— Так, собственно, что мы узнали. Это шкатулка сделана в позапрошлом веке под конкретную семью. Суть проклятия достаточно забористая, но в то же время очень элегантная, — он замолчал и задумался.

— Так в чем его смысл? — поторопил я его.

— Как только рядом со шкатулкой оказывается кто-то из семьи, на которое было направлено проклятие, — очнулся Василий, — начинаются навязчивые мысли о продолжении рода.

— Что⁈ — опешил я. — И что в этом плохого⁈

— Если в семье уже есть детей с десяток, то для них это-то еще проклятие! — радостно сообщил мне он. — К тому же она расходует силу каждого члена семьи, истощает их. И вроде дети, а энергии на них уже нет.

— Да, прокляли так прокляли. А для какой семьи это изготовили? Это можно установить?

— Не нужно ничего устанавливать, — отмахнулся Василий. — Там есть гравировка.

— И что там написано? — да что за манера останавливается на самом интересном месте⁈

— Дайте-ка вспомню, — он сморщил лоб, — а, семье Кухаровых с наилучшими пожеланиями.

— Кухаровы? Не Петровский? — переспросил я.

— Да, точно, могу показать, — он потянулся к шкатулке.

— Это не опасно?

— Так вы ж не сын Кухаровых? — уточнил Пяткин, я мотнул головой, — тогда неопасно.

— А почему тогда оно в хранилище?

— Чтобы не потерялось! — оскалился Пяткин, напрочь забыв о том, что сам полчаса назад ее потерял.

Он деактивировал силовое поле и откинул крышку. Я заглянул и прочел потемневшую надпись:

«Кухаревым, пусть ваш брак будет плодовитым»

— О, ошибся всего на одну букву, — ни капли не расстроился Василий. — Это все, что вы хотели знать?

— Да, спасибо!

— Сами выход найдете, я побегу дальше, — спросил он, но ответ слушать не стал, обратив внимание на мерцание на одной из ячеек. — Ах вы ж мои золотые, что случилось? Почему сбой?

Я мысленно махнул на Пяткина рукой, и мы с Вайсманом двинулись на выход. Больше нас здесь ничего не держало.

— Что вы думаете по этому поводу? — спросил помощник, когда мы, наконец, выбрались из этого храма артефактов.