Но выбора-то у меня нет. Да и интересно во всем этом разбираться!
До самой поздней ночи мы с Вайсманом разрабатывали стратегии по увеличению притока денег. Таблицы и списки множились, и вскоре их уже некуда было складывать. У меня уже даже голова кругом шла от количества информации. Мне же еще приходилось попутно изучать положение дел на рынке и особенности ведения сельского хозяйства в реалиях этого мира!
И в тот момент, когда я уже был готов заснуть прямо за столом с чашкой кофе в руках, в кабинет постучалась Алиса.
— К вам его сиятельство, князь Коршунов, — быстро сказала она и отскочила от дверей.
Как раз вовремя, потому что пред моим сиятельством предстал почти не стоящий на ногах Илья Сергеевич. Вместе с ним в кабинет ворвался стойкий запах алкоголя.
— Александр Николаевич! — заплетающимся языком сказал он. — Как же так⁈ У Владимира здесь хранятся такие сокровища, а вы мне и словом не обмолвились⁈ Я покупаю все! Цена не имеет значения!
И рухнул в ближайшее кресло, громко захрапев.
— Я требую еще тех капель! — визгливо крикнул Романков, швырнув в слугу чернильницей.
Она пролетела через весь кабинет и с грохотом разбилась о стену, забрызгав все вокруг синим. Слуга не пострадал, успел отпрыгнуть, прикрыв голову руками.
— Ваше императорское высочество, это была вся дневная доза. Больше принимать запретил лекарь, — жалобно проблеял он.
— Епифан! Зови его сюда! — Романков уже искал, чем бы еще кинуть, но на столе остался стоять его собственный бюст из гипса, и его было жалко. — Или другого! Я требую еще тех капель! Мне от них лучше!
Под полубезумным взглядом покрасневших глаз слуга вытек из кабинета императора, задержав дыхание и стараясь не производить шума. Вдруг Романков не заметит?
Но едва Епифан успел прикрыть дверь, как в ней тут же появилась аккуратная дыра от перьевой ручки, которая прошила дерево насквозь и застряла в ней.
— Да что же это с ним такое? — пробормотал Епифан, судорожно хватая ртом воздух, а потом кинулся к лекарю.
Антона Степановича Васильева поселили двумя этажами ниже, в крыле прислуги, и сейчас он был занят методичным разбором коробок. Их привезли буквально сутки назад, чтобы лекарь чувствовал себя как дома и был в шаговой доступности для императора.
Когда к нему в покои влетел слуга, Васильев поднял на него пустой взгляд и внимательно выслушал сбивчивую речь.
— Требует новую порцию? — задумчиво спросил лекарь. — Дайте. Раз его императорское высочество хочет, то надо дать.
— Но он уже принял дневную норму! — возмутился Епифан. — Не сделается ли ему хуже⁈