— Опасаешься.

— За себя, конечно, да! — Епифан перевел дух. — И за облик нашего государя-батюшки. Он уже немолод. Мало ли кто дурное против него задумал?

— Но бодр.

— Ваша правда, Виктор Викторович. Но на душе у меня неспокойно. Скоро прибудет делегация из соседней страны. А если он кому-нибудь голову разобьет, если капли не получит?

— Так дайте ему их.

— А если это отрава?

— Лекарь прописал!

— Да, прописал. И что? — Епифан не на шутку разошелся и даже грохнул кулаком по столу. — Виктор Викторович! А если на Романкова так решили воздействовать, чтобы подорвать моральный облик? Это же удар по империи! Вдруг лекаря подкупили, чтобы он укоротил срок жизни императора?

— Разберемся, — Бельский кивнул и снова взял ручку, продолжая писать в журнал.

— Но когда⁈ Вдруг уже поздно!

— Держите себя в руках! — грозно ответил начальник охраны. — Разберемся! Свободны!

Привычно резкий ответ в этот раз не понравился Епифану. Но он все равно поднялся и бросился прочь на предельно возможной скорости своего старческого тела. Он не поверил Бельскому. Значит, его тоже могли подкупить.

Кому тогда верить? Как поступить?

Епифан еще минуту задержался в коридоре, бездумно рассматривая картины на стенах, а потом вздохнул и поплелся к императору давать новую порцию капель.

Что тут скажешь, он сделал все, что должен был.

Я смотрел на храпящего Коршунова и все никак не мог решить, что с ним делать. То ли заботливо укрыть пледом, то ли растолкать и потребовать ответы. Подумав, я все же решил, что я не злодей.

И даже попросил Алису принести ему одеяло и кувшин с квасом наутро, а сам пошел отсыпаться. А то он спит, а я должен дышать перегаром, что ли? Нет, в такой обстановке работать мне совсем не нравится. И вообще, алкоголь вреден для здоровья!

Единственное, что меня действительно порадовало в этом визите Коршунова — это его слова про сокровища. Значит, слухи уже пошли, и мне останется только собрать урожай.

В приподнятом настроении я отправился в спальню. Алиса тут же увязалась за мной, но я слишком устал, чтобы еще уделить ей внимание. Она бесшумной тенью помогла мне раздеться — все никак не привыкну к этому уровню сервиса, — и также неслышно выскользнула. Только запах сирени от ее волос и остался.

Через пару минут я уже блаженно дрых, завернувшись в одеяло с головой. Последнее, о чем я подумал, это о лопате, которой собирался грести деньги.

И все было прекрасно, пока я не услышал мелодичный голос, зовущий меня куда-то.

— Ваше сиятельство? — повторял он. — Вам нужно идти.

— Куда идти? — я приоткрыл левый глаз, потому что правым лежал в подушку. — Зачем идти? Я только лег.