— Да в конце концов, кто мне объяснит, что здесь твориться? Где Баранов⁈ — громко сказал я.
Вайсман с интересом озирался, а Степан стоял ни жив ни мертв.
Наконец, раздался противный скрежет, и ворота начали открываться. Из них в нашу сторону повалили люди, вооруженные кто чем.
И с криками: «Держи проклятого!» бросились в нашу сторону.
Зараза!
Увидев толпу с факелами и вилами, Вайсман быстро отодвинул меня за спину и активировал на руке воздушную сферу.
Меня такой подход совершенно не устраивал. Бегут-то ко мне, почему это я должен прятаться за широкую спину помощника⁈ Надо людей поприветствовать, от всей души, так сказать. По самое не балуйся!
Поднырнув под руку помощника, я вышел вперед и встал ровно. Степан сразу же занял мое место за Вайсманом.
Толпа приближалась. Они кричали на все лады, трясли своими лопатами и вилами, угрожая одним фактом своего существования. А вот Баранова я в первых рядах что-то не увидел.
— Стоять! — гаркнул я. — Почему в середине дня бездельничаем⁈
Удивленные такой реакцией, работники фермы притормозили, но двигаться в мою сторону не перестали — подпирали задние ряды.
— Где Баранов⁈ За спинами прячется⁈ — грохнул я, напрягая связки.
Вопрос про управляющего еще больше озадачил толпу. Кто-то начал оглядываться, пытаясь найти старшего.
— А где?
— Кто видел?
— Он же только что тут был!
— Чего вы его слушаете⁈ — крикнул кто-то. — Он же проклятый! Если не убьем его, он и нас проклянет!
Едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза, я шагнул вперед. Это еще сильнее охладило пыл работяг, и они, наконец-то, остановились.
— И что вы тут устроили⁈ — зарычал я. — Я вас сейчас не просто прокляну, а уволю с волчьим билетом! Останетесь на улице без штанов! Кто затеял все это⁈
Ответом мне была тишина и непонимающие взгляды.
— Где Баранов⁈ — снова спросил я.
И тут внутри толпы началось движение, сопровождаемое отборными ругательствами. Я уже слышал недовольный голос управляющего и внутренне хохотал. Чует мое сердце, это он всех надоумил убить меня. А сам спрятался в безопасном месте.
Приличных слов у меня для него не было. Поэтому, когда его буквально вытолкнули мне под ноги, я просто на него посмотрел. Внимательно. И долго.
Не знаю, что он там себе напридумывал, но в ярком солнечном свете я четко уловил, как у него трясутся колени.
— И что тут происходит, Баранов? — самым ласковым тоном спросил я. — Почему твои люди не работают? Саботаж? Лень?
Он встал на четвереньки и хотел нырнуть обратно в безопасность, но ему не дали.
Я глянул на собравшихся.
— Факелы-то зачем, болезные? День на дворе, — громко сказал я.