— Идея с костюмом оказалась роскошной, — сразу сказал он. — Надолго запомню их вытянутые лица. Но вы же понимаете, что это было достаточно смело?
— Вы мне сами говорили, что они зациклены на внешности, — я дернул край рукава, — так что я получил то, что хотел.
— Будете белой вороной.
— А им все равно придется со мной вести дела. Разве это не прекрасно? — хищная улыбка расцвела на моем лице. — А теперь давайте прокатимся до земель отца. Уж больно мне интересно, почему так мало денег он получал с них.
— Вы в этом разбираетесь?
«Ага, конечно, мой опыт в сельском хозяйстве — это копание картошки у матери в огороде,» — мысленно прокомментировал я.
— Там видно будет.
— Сейчас подгоню машину. Только не забывайте, завтра императорский прием, нужно подготовиться.
— Успею. Поехали.
Вайсман кликнул водителя, и через час я уже стоял перед покосившимся забором, обалдело разглядывая запущенную территорию.
— Вы знали об этом? — мрачно спросил я.
— Никогда здесь не был.
Вайсман был удивлен не меньше меня. Судя по всему, с того момента, как эти земли переданы были Петровскому, он ни разу ими не интересовался.
Все, что я видел, выглядело настолько плохо, что у меня дар речи пропал. Но жизнь тут все же была.
Дверь в ветхую хибару открылась, на порог выкатился плохо стоящий на ногах мужчина в рабочем комбезе. Он сдвинул соломенную шляпу на затылок, зыркнул, сплюнул и медленно пошел к нам.
— Эй вы кто такие⁈ Это территория его сиятельства Владимира Михайловича! Уходите, а то мы вас тут всех положим.
Мы с Вайсманом переглянулись. Я сделал самое мрачное лицо и сделал шаг на свою законную территорию.
В ответ незнакомец вытащил из-за спины хлыст и крикнул:
— Стоять на месте! Атакую без предупреждения!
Вайсман хотел выйти вперед, закрыв надо мной солнце и вид на этого бродягу с хлыстом, но я придержал помощника. Иначе как меня будут воспринимать всерьез, если я буду прятаться за спиной?
— Добрый день, как вас зовут? — вежливо спросил я, обойдя Вайсмана.
— Меня тут все знают! — не убрав хлыст, ответил мужик. — Сильвестр Тяпкин.
— Позови управляющего, пока мы осмотрим территорию, — тон у меня был крайне серьезный, лицо нахмуренное, а поза — уверенная.
Тяпкин, увидя, что его угрозы не действуют на меня, задумался на целую минуту. Буравил меня взглядом, сжимал рукоять оружия, даже плечи напряг. Но, в конце концов, сдался и крикнул через спину.
— Лерка, а ну, кликни Баранова!
В окне хибары мелькнуло девичье личико и тут же скрылось, только дверь натужно скрипнула.
— Что-то мне подсказывает, что отец совсем не занимался всем этим. Так чем же он был занят?