Умирать раньше срока Елена не собиралась.
У судьбы, как выяснилось, было своё расписание.
Она как раз застёгивала сумку в прихожей, когда в замок входной двери тихо щёлкнул.
Егор?
Шаги были чужие.
На пороге стояла незнакомая женщина в тёмном пальто. Лет пятидесяти, наверное. Она окинула Елену коротким взглядом, задержалась на сумке у её ног и только потом посмотрела ей в лицо.
Не люблю пафосных вступлений. «Меня зовут…», «Я родился…», «С тех пор моя жизнь изменилась навсегда…» и прочая человеческая суета.
Поэтому скажу просто: я Моррис. Кот. Призрак.
Последнее — не жалоба, а констатация факта.
Да, полупрозрачный. Да, невидимый для большинства людей. Но всё ещё при деле, в отличие от некоторых вполне материальных граждан.
Дело у меня одно, и сейчас оно сидит на подоконнике в бабушкиной лавке, греет пятки о батарею и делает вид, что читает. На самом деле витает в облаках, я хвостом чувствую.
Хвост у меня, к слову, всё ещё есть, хоть и полупрозрачный.
Знакомьтесь: Агата Воронова, семнадцати лет. Моя работа следить, чтобы она не спалила дом, не поверила в очередную «магию для чайников» и не угробила себя из-за врождённого благородства.
Работа несложная, но нервная.
В лавке пахнет шалфеем, пылью и Wi-Fi роутером, который хозяйка этой самой лавки, бабушка Агаты, спрятала за банками с травами — «чтоб не портил энергетику».
Ага, как же.
Роутер греется, банки с травами того и гляди загорятся, а интернет периодически пропадает. Видимо, техника не выносит магического фона. Или попыток Лидии его улучшить. Я бы поставил на второе.
Про энергетику тактично молчу. У призраков есть свои преимущества, но бессмертие не защищает от семейных скандалов.
Стеллажи уставлены склянками, под потолком висят пучки полыни, на прилавке соседствуют старинные медные весы и современный кассовый аппарат, который время от времени зависает, особенно если я усаживаюсь рядом.
Видимо, тоже не выносит фона.
Рядом с Агатой стоит горшок с розмарином, который она опять забыла полить. Земля потрескалась, но я не напоминаю. Из принципа.
Пусть учится ответственности. А то привыкла, что бабушка всё исправит, а если бабушка не успеет — на помощь придёт кто-нибудь ещё. Например, я.
Но розмарин жалко.
— Опять ты тут, — пробурчала она, не поднимая глаз от книги.
Пальцы машинально теребят уголок страницы – верный признак, что мыслями она где-то в другом месте.
— А где мне быть? На форуме «Права призраков Подмосковья»?
Она фыркает и тут же прячется за книжкой, но уголок рта предательски дёргается.
Из подсобки доносится тихий звон стекла: Лидия колдует над настойками.