Секунды, минуты текли, словно века. Я аж подпрыгивала от нетерпения.

Ну где же она⁈

— Да успокойся ты! — не выдержал Будяк, — тебе же сказано — её уже везут. Никуда теперь твоя Светка не денется.

Я вздохнула. Мужчинам не понять.

Но всё рано или поздно заканчивается. И уже буквально через пятнадцать минут Светка очутилась в моих объятиях, зацелованная и обласканная, затем перешла в руки Риммы Марковны, Норы Георгиевны, и так — пару раз по кругу. В общем, оказалось, что Вера-Лида (мошенница, которая одно время обманывала меня), выследила Светку в парке у школы и сказала ей, что отведёт её к Римме Марковне, чтобы всем вместе ехать в Малинки. Вера хотела получить от меня деньги и квартиру.

Светка даже не усомнилась, что эта «мамина знакомая» может ей навредить, ведь информация о Малинках и обо всём остальном была ей прекрасно знакома. Поэтому она спокойно отправилась с похитительницей.

Однако баба Галя, ушлая и вредная старушонка, которая продавала в киоске рядом со школой мороженное, увидела всё это и усомнилась — она прекрасно знала, что Светку забирает или Римма Марковна, или я. И больше никто. В нашем микрорайоне все друг друга знают. И она поделилась своими мыслями с Заинаидой Ксенофонтовной, которая как пришла в школу за внучкой и решила порадовать ту пломбиром.

А Заинаида Ксенофонтовна уже подняла шум, сразу же позвонила Ивану Тимофеевичу, у которого в нашем подъезде был телефон. Затем вызвали опять милицию и очень быстро Светку нашли. Вера-Лида не успела отвести её далеко, была поймана, и доставлена в участок. А Светку, соответственно, вернули к нам домой.

Целую и невредимую.

Это происшествие оказалось той последней каплей, которая и переломила весь ход истории. Моей истории в этом мире и времени.

Когда в доме суета, вызванная счастливым освобождением Светки, чуть поутихла, мы с Будяком вышли во двор. Уже вечерело, тянуло сыростью. Я поёжилась:

— Веру посадят? — с надеждой спросила я.

— Думаю, после экспертизы, скорей всего, отправят обратно в дурдом, — задумчиво ответил Будяк, хмурясь.

— Но воровать детей, это же бесчеловечно! Как подумаю, что она могла сделать ей — так сердце кровью обливается!

— Лида, я понимаю, что сейчас не время, да и ты вся на нервах, — перевёл тему Будяк, — но пора дать ответ — ты поедешь со мной в Малинки? Там бы я мог вас защитить. Такого бы там точно никогда не произошло.

— Пётр Иванович, — со вздохом ответила я, — мне кажется, ответ очевиден.

— Я знал, что ты это скажешь, — опустил глаза Будяк.

— Мне жаль. Извини, — вздохнула я. — ты хороший человек и многие женщины были бы счастливы провести с тобой жизнь…