— Виктор Павлович…

Орлов вздрогнул. Голос генерала Волкова прозвучал хрипло, но с той же железной четкостью, что и всегда. Президент медленно повернулся. На лице Волкова не было ни торжества, ни ужаса. Лицо полководца, констатировавшего факт.

— Первая волна завершена. Все запланированные цели поражены. Американские системы ПРО… не сработали. «Авангарды» и «Сарматы» преодолели все рубежи на подлете. Процент перехвата… близок к нулю.

Орлов кивнул, не в силах издать ни звука. Взгляд упал на Елену Ковалеву. Директор СВР смотрела на монитор с данными радиоперехвата. Тонкие пальцы с идеальным маникюром лежали на столе неподвижно.

— Мы перехватили коммуникации с борта E-4B «Найтвотч», — произнесла она тем же ледяным, безэмоциональным тоном. — Их воздушный командный пункт. Президент Соединенных Штатов… в панике. Он отдал приказ на экстренную эвакуацию своей семьи из Лос-Анджелеса. По нашим данным, самолет «Марин-1» взлетел с авиабазы «Эль-Торо»…

Женщина сделала микроскопическую паузу, сверяясь с поступающей информацией.

— но не успел. Удар по Лос-Анджелесу, наземный, 1.2 мегатонны, произошел в 05:17 по нашему времени. Они были в воздухе. Сигнал пропал. Нет выживших.

Словно в ответ на ее слова, на большом экране одна за другой стали гаснуть красные иконки целей. Вашингтон. Нью-Йорк. Чикаго. Лос-Анджелес. База «Эндрюс». НОРАД… Они не просто «поражены». Они стерты. С лица земли исчезли целые мегаполисы, центры финансов, культуры, власти. На их месте теперь, радиоактивные пятна, дымящиеся кратеры, море стекла и пепла.

Миронов, министр иностранных дел, стоял, опустив голову. Он смотрел на пол, словно вглядываясь в какую-то невидимую точку.

— Они думали, что мы будем молчать, — прошептал он, и в его голосе не было торжества, лишь бесконечная, всепоглощающая усталость. — Что мы позволим им ломать суверенные государства, как игрушки. Что мы примем их «демократию», которую они несут с ядерной бомбой в руках. Они не оставили нам выбора. Никакого выбора.

Эти слова звучали, как оправдания содеянному.

— Не оставили выбора.

Тишину нарушила Лебедева. Голос дрогнул, впервые за все эти часы.

— Виктор Павлович… а у нас?

Она указала на отдельный экран с картой России. На нем тоже мигали тревожные сигналы, но другого цвета.

— синие, отметки ударов по нашей территории. Москва, Петербург, Новосибирск… все укрытия заполнены по максимуму. Система ПВО и ПРО сработала… но не идеально. Мы потеряли…

Она сглотнула.

— Рязань. Удар по позициям РВСН. Воронеж. Самару. Омск… Они первыми нажали на кнопку. Ответный удар последовал.