— Почему же ты не убил меня? — я отступаю, и Светлый идет навстречу.

— Первая попытка не удалась, потому что в тоннеле тебя спас хорошо знакомый тебе Темный, бывший глава их уничтоженной общины в России, — губы Светлого кривятся. — Вторую, в Царском Селе, отразил ты сам, с подачи этого же Темного…

— Тогда зачем ты спас меня в Приюте? — делаю еще один шаг назад.

— Амулет, который я тебе вручил, должен был показать твою Темную суть, и тебя сожгли бы во время Инициации здесь, в Храме! — Светлый снова лыбится. — В «Белом шуме» я спас тебя по той же причине и даже предупредил, что все произойдет в свое время! Все участники партии должны были завершить начатые комбинации! Все пошло не по плану, теперь твои потенциальные убийцы мертвы, и ты умрешь вслед за ними!

— Хочешь стать Императором? — с вызовом спрашиваю я, и Светлый делает шаг навстречу, становясь в перекрестье взглядов статуй Разделенного.

— Бери выше — новым Разделенным! — отвечает Светлый с нескрываемым презрением. — Для этого и понадобилось сегодняшнее шоу! Негоже Темным рядиться в одежды Цветных, как это делали покойники за твоей спиной, и как это делаешь ты! Осталось убить тебя и этих никчемных юнцов, а затем выйти к народу и совершить на ступеньках Храма пару или тройку чудес!

— В чем опасность Темного начала внутри меня? — спрашиваю я, желая закрыть последний фрагмент пазла.

— Рано или поздно Темные возьмут тебя под контроль, и ты станешь их марионеткой в прямом смысле! — снисходит до ответа Светлый после длинной паузы. — А теперь молись! Тьме или Свету — неважно! Мне жаль тебя убивать, ибо ты добился хотя бы чего-то, в отличие от остальных пятерых!

Самоуверенность моего клона умиляет. Я чувствую, я знаю, что он не постиг весь спектр Силы, и не стал Истинным Светлым, которого упоминал Шеф. Ему не хватило малости — он не инициировал в себе Темное начало. Видимо, помещала ненависть к Темным.

В руках Светлого снова появляются два прозрачных меча, а на устах — самоуверенная улыбка. Мой двойник настолько уверен в победе, что идет в бой без Покрова. Я могу превратить его в кровавое месиво, даже не формируя боевые конструкты и не защищая себя. Но я решаю доиграть партию. Все начатые комбинации должны быть завершены!

Мои глаза разгораются радужными калейдоскопами, и я воздеваю руки к солнцу, которое светит сквозь разрушенный купол. Светлый застывает в неподвижности, его фигура становится черной, будто отлитой из обсидиана, и потоки света, бьющие из моих глаз, превращают ее в лужу кипящего черного стекла. Мой клон умирает мгновенно, но я успеваю заметить удивление, мелькнувшее в его глазах.