— Прошу прощения за беспорядок, сюда все равно никто не заходит, — извиняется Елена, уверенно пробираясь между косо стоящих стеклянных витрин.

Многие из них наполовину или полностью пусты: видимо, часть экспонатов продана или утеряна. Мы следуем за хозяйкой, стараясь не задевать мебель и сохранить костюмы в первозданной чистоте. Идея припереться сюда при полном параде принадлежит Андрею, я собирался примчать на мотоцикле в футболке, майке и шлепанцах. Попробовали бы Воронцовы не принять наследника Великого Рода Фиолетовых!

Неожиданно Елена останавливается перед антикварным диваном и одним быстрым движением стягивает с него чехол, защищающий подушки от пыли.

— Мальчики, признайтесь честно: вы же не на гобелены смотреть приехали? — спрашивает Елена, теребя верхнюю пуговицу платья и переводя томный взгляд с Андрея на меня и обратно.

Трубецкой теряет дар речи и беспомощно смотрит на меня. Предложения заняться сексом втроем от будущей жены он явно не ожидал. Мне становится по-настоящему весело, и я ослабляю узел галстука, повергая несчастного Трубецкого в шок.

— Жарко здесь, — невозмутимо поясняю я.

— Кондиционеры и сигнализация выключены, — произносит Елена и расстегивает верхнюю пуговицу кринолина.

— Давайте сначала посмотрим на маску, — предлагаю я, натягивая на лицо одну из отработанных соблазнительных улыбок. — А затем поднимемся наверх, выпьем по паре бокалов шампанского…

— Я согласна! — с готовностью подтверждает Воронцова и срывается с места, поднимая за собой клубы пыли.

— Я тебя в котлету разделаю! — цедит Трубецкой сквозь зубы. — Ты же обещал избавить меня от ее общества⁈

— И в одиночку как-нибудь справлюсь, — отвечаю я, ерошу тщательно уложенную прическу друга и припускаю вперед, уклоняясь от его удара в плечо.

Выскакиваю из-за стеллажа и едва не врезаюсь в ожидающую нас княжну. Она стоит, облокотившись на небольшую витрину, и я снова любуюсь соблазнительными девичьими прелестями.

— Маска основателя нашего Великого Рода, — кивает Елена. — Если тебе нравятся ролевые игры…

— Он их обожает! — сообщает появившийся рядом Трубецкой. — В отличие от меня!

Андрей стремительно бросается к стойке, достает голубую маску и протягивает ее мне.

— Давай оставим Александра на пару минут, и я расскажу тебе о его пристрастиях, — предлагает мой друг Елене, обнимает ее за талию и уводит за стеллаж.

Я медленно прикладываю маску к лицу, уже зная, что она сядет на него идеально. Возможно, мать семи сыновей Разделенного тоже была Темной? Конструкт касается кожи лица, в нее впиваются тысячи миниатюрных иголочек, и меня захлестывает волна экстаза. Я не хочу снимать маску и какое-то время стою без движения, погружаясь в дофаминовый шторм.