— И это сотворил человек… — искренне выдохнул я, глядя на окончание этой невероятной дороги. Сдержать переполнявшие эмоции было свыше моих сил. Слишком зрелище впечатляло.
Здесь, внизу, как я уже говорил, единственным источником света были прожекторы, работавшие от стоящих метрах в пятистах сзади автомобильных дизельных генераторов. Дневной свет сюда не проникал. Здесь была вечная ночь.
Воды здесь тоже не было. И это не удивительно: перепад высот между Персидским заливом и Каспийским морем — двадцать восемь метров. И с учётом этого перепада строился канал. Вода осталась далеко позади. В районе Тегерана. Точнее, возле города Кум. Глубина канала ведь десять метров. И именно от этих «минус десяти» метров начинает отсчитываться уклон в двадцать восемь. Семьсот тридцать километров длины всего канала поделить примерно на три (десять от двадцати восьми — примерно треть) — получаем двести сорок с копейками. Примерно в двухстах сорока километрах от побережья находится город Кум. И примерно туда же дотягивается каспийская вода.
Здесь же, там, где сейчас стоял я, вода появится и зашумит никак не раньше, чем обе части канала соединятся. То есть, та, которую ведёт с этой стороны к Персидскому заливу команда специалистов Российской Империи, и та, которую тянет из Персидского залива к Каспию команда Персидской Империи навстречу нам.
Насколько я успел узнать во время полёта: чуть больше трети уже откопали мы, чуть меньше трети пробили они. И примерно треть ещё осталось пройти до соединения двух частей великого канала. То есть, примерно те самые двести сорок — двести пятьдесят километров… через сплошной горный хребет, высшей точкой которого является пик Зерд-Кух с отметкой четыре тысячи пятьсот сорок восемь метров над уровнем моря.
Звучит грандиозно. Невероятно и невыполнимо.
Но факт: я здесь.
Здесь, внизу. Стою, смотрю вперёд и вверх, чувствую себя муравьём, глядящим на небо сквозь печную трубу заброшенного завода, стоя на самом её дне. Душа в восхищении. Сердце переполнено благоговением перед мощью и целеустремлённостью тех людей, которые это сотворили. А ещё неверием. Неверием в то, что теперь я сам — один из этих самых людей.
Двести пятьдесят километров делить на шестьдесят лет — получим что-то около четырёх километров в год. Эти четыре с чем-то тысячи поделить на триста шестьдесят пять дней — получим одиннадцать с половиной метров в день.
Одиннадцать с половиной метров вот этой вот огромной скалы надо будет «срезать» каждый день… Титаническая задача. Для монстров, а не для людей… для монстров. Нет! Для Богов…