Мгновение, и меня накрыла гора. Мир погас. Разом и весь. Исчезли и свет, и краски, и звуки. Всё исчезло. Остались только боль, тяжесть и темнота.
И… я не умер. Опять, блин, не умер! Это начинает уже подбешивать. Почему они не могут просто отправить меня на перерождение, как раньше⁈ Как же, оказывается, раньше было просто: раз, и всё — можешь просыпаться и начинать день сначала. Вечером умер — весь день свободен… А тут… Научился, блин, на свою голову…
Но, если отбросить стёб, то ситуация была не радостная. Совсем.
Да — я остался жив. Инстинктивное, как зажмуривание, усилие, предпринятое мной в самый последний момент, заставило уплотниться и «Стихийный покров», который итак был на мне активен — я нарастил и перевёл его в «боевое положение» перед тем, как начать подрыв своего участка.
«Боевое» — это то, когда уплотнённая вода не прячется под слоем одежды, как обычно, а покрывает всё моё тело, включая голову и лицо целиком.
И «волевой покров». С тем ещё проще: он же не просто так «волевой» — название отражает его суть. А суть эта — воля. И, значит, стоило мне напрячься в ожидании неизбежного удара, как и «покров» усилился. Многократно усилился.
В результате… плотность моего «кокона», моей «оболочки», оказалась выше, чем плотность обрушившейся на меня породы. Да — её были неисчислимые тонны. Да — была кинетическая энергия удара. Но… «оболочка» выдержала. И просто «влипла», «впечаталась» в породу, как орех впечатывается в массу теста, которым по нему хлопнули… какой бы огромной эта масса не была, она равномерно распределилась по поверхности, в которую ударилась. Энергия удара ушла в поверхность и рассеялась: частично на деформацию и разрушение самой горы, частично на деформацию поверхности, частично на нагревание места соприкосновения.
Я упал, но не умер. Я оказался погребён, но не раздавлен. Вот только… лучше бы умер. По крайней мере, это было бы быстро и без мучений. А так: я теперь лежу в полной, совершенной темноте. Один. Придавленный так, что не способен пошевелить даже пальцем. Не способен нормально дышать. Не способен встать…
Да, даже, если бы и мог — что дальше? Ведь это же была ЦЕЛАЯ ГОРА!!! Вокруг, надо мной, подо мной — километры камня!!! Его не поднять, не сломать, не раскопать…
Только лежать. И медленно сходить с ума от всего этого… Лежать и мечтать о смерти…
— Так и не вмешаешься? — спросил высокий светловолосый мужчина с короткой «военной» стрижкой, ухоженной «северной» бородой и глазами, голубыми настолько, что они казались крутым киношным спецэффектом, но никак не настоящими глазами живого реального человека.